Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Судья вынес оправдательный приговор водителю, сбившему девочку под знаком

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Трагедия произошла чуть больше года назад. Таня Задоя каталась на велосипеде возле школы, где училась. Увидев мчащуюся машину, она попятилась на обочину, но это ее не спасло.

От сильного удара Таню сначала бросило на капот, потом на крышу, багажник и на асфальт. Очевидцы ДТП видели, как из машины выскочил молодой мужчина в милицейской форме и попытался посадить девочку на переднее сиденье машины.

После криков прохожих, что этого делать нельзя, милиционер положил ребенка на заднее сиденье и уехал.

Как позже выяснилось, он отвез Таню в больницу, расположенную в паре кварталов от места аварии, и оставил здесь на скамейке, даже не сообщив медикам, что произошло.

Пока врачи разбирались, Таня потеряла сознание. У нее оказались поломаны руки и ноги, но больше всего пострадала голова. Девочка перенесла несколько операций и умерла в страшных муках спустя два с половиной месяца после ДТП.

Горе матери

Клавдия Георгиевна Задоя вошла к нам в редакцию напряженная, будто пружина. Из сумки достала большой пакет с документами и два альбома с фотографиями. На всех снимках ее Танюшка.

Вот она совсем кроха на маминых руках, тут делает первые шаги, здесь на утреннике в детском саду, в спортивном зале на гимнастическом снаряде и в школе за партой.

С каждой фотографии смотрит веселый, крепкий, счастливый ребенок. Мамина гордость и надежда.

– Это все, что у меня осталось от дочки, – говорит Клавдия. – Когда Тани не стало, и моя жизнь будто оборвалась. Одно утешает: она так и не узнала, что была мне неродной по крови.

Лицо высокой статной женщины почернело от горя. Крупными крестьянскими руками она вытирает мокрые от слез щеки и продолжает:

– Мне 42 года исполнилось, когда удочерила Таню. А ей всего пять дней было от роду. Я давно все нужные документы собрала. И как только позвонили и сказали, что есть отказная девочка, сразу поехала за ней в больницу. Ребенка оставили в другом городе, я ее как увидела, так сразу и решила: моя это девочка.

Женщина, давшая ей жизнь, сразу отказалась от нее, и имя – Татьяна – ребенку дали медсестры роддома.

Процедура оформления документов на удочерение не заняла много времени, а положительное решение вынес лично председатель райсуда Александр Яценко, хорошо знающий и саму Клавдию, и ее судьбу. Могла ли она подумать тогда, что спустя годы ей вновь придется встретиться с ним в этих стенах, но уже не по счастливому, а по печальному поводу?

Наезд на обочине

Спустя полтора месяца после смерти Тани уголовное дело, возбужденное по факту ДТП местной милицией на виновника авари Александра Дрижика, благополучно закрыли. Основанием стали две, проведенные в Краснодаре экспертизы – автотехническая и судебно-медицинская.

Согласно первой, Александр Дрижика не нарушал правила дорожного движения, а велосипедистка чуть ли не сама бросилась под колеса машины.

Выводы судмед эксперта оказались еще более поразительными: июньское ДТП якобы дало толчок врожденному заболеванию – мозжечковой недостаточности, от которого девочка и умерла третьего сентября 2007 года…

Возможно, поэтому ни сам Александр Дрижика, ни его родные не пришли на похороны. Мало того, со дня аварии они не посчитали нужным навестить девочку в больнице или выразить сочувствие ее маме, попросить у нее прощения. В то время, когда Таня корчилась от боли, Дрижика весело отплясывал на собственной свадьбе…

Знак “Дети”

По статистике, каждые 29 минут на дорогах гибнет человек. По мнению ГБДД, причина большинства аварий – скорость. Роковую роль сыграла она и в кущевской трагедии. Законом за ДТП со смертельным исходом предусмотрена ответственность до пяти лет лишения свободы. Но чаще всего виновные отделываются условными сроками или вообще дела не доходят до суда.

– Мы практически сразу отменили принятое следователем РОВД решение о прекращении уголовного дела в отношении Дрижики, – сказал корреспонденту “РГ” заместитель прокурора Кущевского района Андрей Токарев. – И вследствие установленной необъективности расследования дело было изъято у милиции и передано в Следственный комитет при прокуратуре РФ.

Вскоре были назначены новые экспертизы. Автотехническая проводилась в Ростове-на-Дону.

На этот раз эксперт учел, что авария произошла в радиусе действия знака “Дети”, и если бы водитель снизил скорость, как требуют правила, то наезд на велосипедиста исключался.

А комиссионная судебно-медицинская экспертиза пришла к однозначному выводу: между полученной в результате ДТП травмой и наступлением смерти Тани Задоя имеется прямая причинно-следственная связь.

Пока шли экспертизы, мать проводила собственное расследование. Она выяснила, что Александр Дрижика в марте 2006 года за управление автомобилем в нетрезвом виде был лишен прав на 18 месяцев. То есть в момент аварии он сел за руль отцовской машины, не имея не только доверенности, но и вообще водительских полномочий. Получается, права ему заменяла милицейская форма?

Но тут другая закавыка. Согласно официальным документам на день совершения аварии Дрижика был уволен из органов: ДТП произошло 13 июня, а накануне якобы он подал рапорт.

Если учесть, что 12 июня был выходным, праздничным днем, то, выходит, ради этого увольнения начальникам теперь уже бывшего участкового уполномоченного пришлось вызывать на работу милицейских кадровиков.

Но почему тогда в момент наезда на маленькую велосипедистку он был при погонах? Выходит, Дрижику уволили “задним” числом. Трудно уж поверить в правоподобность такого увольнения…

Поменялись местами

В марте уголовное дело с обвинительным заключением все-таки ушло в суд. Рассматривал ее судья Сергей Шаповалов. И снова трагедия стала оборачиваться непонятными странностями.

– С первого же заседания появилось ощущение, что мы с обвиняемым поменялись местами, – говорит Клавдия. – Началось с того, что судья, придравшись к ошибке канцелярии, предложил моему адвокату покинуть зал. Я раньше думала, что процессы в суде открытые, а тут слышу: “Выйдите все посторонние!”. Когда попыталась возразить, тут же в грубой форме осадили.

Началось давление на свидетелей обвинения. По мнению потерпевшей, одна из основных свидетельниц обвинения под давлением Шаповалова дала заведомо ложные показания, что позволило суду исключить из числа доказательств протоколы осмотра места происшествия и транспортных средств. Это, кстати, подтверждает в кассационном представлении и гособвинитель: “..

. председательствующий в судебном заседании … вел допросы с грубым нарушением норм УПК РФ, задавая наводящие вопросы и многократно предупреждая об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, оказывая тем самым психологическое давление на свидетеля. Таран вынуждена была даже заявить, чтобы суд записал ее показания так, как считает нужным”.

– Это был не суд над обвиняемым в смерти моей дочери, а судилище надо мной, – говорит Клавдия. – Не знаю, как я его выдержала.

Слепая Фемида

Причина подобного поворота судебных слушаний может быть бытовая. Как выяснила потерпевшая, гражданский ответчик по делу, владелец автомобиля и отец подсудимого Александра Дрижики, трудится в фермерском хозяйстве, учредителем которого является Ольга Яценко- супруга председателя суда.

Когда Клавдия озвучила эту информацию в своих ходатайствах об отводе суда, ее пообещали привлечь к уголовной ответственности за поклеп. Ходатайства, естественно, отклонили. Мать обратилась с заявлением в прокуратуру. Заявление передали в Следственный комитет, и на время назначенной проверки гособвинитель Андрей Токарев попросил суд прервать рассмотрение дела.

Однако Сергей Шаповалов спешит: 25 июня он выносит оправдательный приговор подсудимому. С признанием за Александром Дрижика права на реабилитацию и обращение в Кущевский районный суд с требованием о возмещении материального и морального вреда. Вот так-то.

Завершившаяся в начале июля проверка подтвердила факты, изложенные в заявлении Клавдии Задоя. В постановлении старшего следователя Ленинградского межрайонного следственного отдела СКП РФ по Краснодарскому краю С.А.

Яковенко констатирует, что судья Кущевского районного суда Шаповалов С.В.

не принял мер к всесторонней проверке заявленного ходатайства, “его позиция носит оценочный характер и подкреплена приговором от 25 июня 2008 года”.

В кассационном представлении гособвинитель просит краевой суд отменить оправдательный приговор в отношении Александра Дрижики в связи с несоответствием выводов Кущевского районного суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и нарушением уголовно-процессуального закона.

А потерпевшая обратилась с жалобой в Квалификационную коллегию судей.

“РГ” будет следить за развитием этой истории.

  • Обсудить в блоге “РГ” .     Обсуждение этой статьи на auto.mail.ru

Источник: https://rg.ru/2008/08/01/naezd.html

Смерть Вани Суворова в Кирове — новый пьяный мальчик

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Владимир Суворов, отец сбитого мальчика, с женой находится в разводе. Сам он работает строителем в Нижнем Новгороде, а ребенок был у бабушки.

«Понимаю, что он сотрудник полиции, но меня это никак не интересует, потому что он убил моего единственного сына», — заявил Владимир следователю, когда впервые беседовал с ним.

Как можно было предположить, трудности в расследовании этого инцидента не заставили себя ждать.

«При первом следователе фамилия водителя, убившего моего сына, была Мельников, а когда следователь поменялся, фамилия тоже изменилась и стала Меньшиков», — рассказал Владимир и отметил, что «Мельников» написано в том самом заявлении о признании его потерпевшим.

В телефонном разговоре Владимиру сказали лишь, что это была ошибка. Запоздавший отчет судмедэксперта указал, что в крови мальчика выявили 0,51 промилле алкоголя. Отец ребенка, увидев это, отказался подписывать документ. Данные не могли не насторожить родственников.

«Как я понял, они хотели доказать, что превышение было у ребенка, а не у водителя», — говорит Владимир.

Недовольные ходом следствия родственники погибшего Вани решили предать дело огласке в СМИ. «Все прекрасно понимают, что ребенка уже не вернуть. Я понимаю это, но и оставить его безнаказанным я тоже не могу. Я не отступлю, это мой единственный сын. Это мой любимый сын, он меня любил больше всего на свете», — сказал Владимир.

Что говорит СК

Делом сразу заинтересовались в Следственном комитете, однако комментариев от ведомства пока не поступило. Назначена повторная экспертиза.

«По предварительным данным, он (полицейский — прим. ред.) не имел реальной возможности предотвратить столкновение», — указали в СК.

Дело под свой контроль взял глава Следственного комитета Александр Бастрыкин.

Что говорит полиция

От полиции также не поступило никаких данных, кроме того, что подозреваемый 45-летний майор полиции был признан трезвым. На данный момент офицера от работы не отстранили и он продолжает выполнять свои обязанности.

Более того, на вопрос о том, пытался ли полицейский как-то выйти на связь или извиниться, Владимир сказал, что он вообще не знает того, кто сбил его сына.

0,51 промилле — это много?

Автор проведенной экспертизы утверждает, что никакой ошибки с его стороны не было и он не может сказать, что именно мог выпить мальчик.

О том, что означает данная цифра на деле, рассказал Алексей Егоров, доктор медицинских наук, профессор, врач высшей категории.

По его словам, для 0,51 промилле в крови мальчику, который весил 20 килограммов, достаточно было выпить рюмку водки. Случиться могло все — алкоголь могли оставить на столе. Только это была бы не водка (она горькая), а, скорее всего, какое-нибудь вино, которое ребенок мог случайно выпить.

Александр Егоров также пояснил, что 0,5 — это граница легкого алкогольного опьянения. 0,51 — соответственно, самое его начало. В таком состоянии ребенок вполне мог управлять велосипедом, только дело в том, что ребенок сам, скорее всего, не сел бы на него.

Какая-то ерунда, элементы подстроили — первое впечатление такое

Алексей Егоровдоктор медицинских наук, профессор, врач высшей категории.

Чем закончилась история Алеши Шимко из Балашихи

Щелковский городской суд Московской области вынес приговор по поразительно схожему делу, за которым следила вся страна.

Такая огласка случилась по той же причине — в крови погибшего шестилетнего Алеши Шимко нашли 2,7 промилле алкоголя. Это возмутило всю семью — такая доза могла оказаться в крови только, если бы ребенок залпом выпил стакан водки. Оказалось, что в образцы крови мальчика кто-то занес спиртосодержащие вещества.

Шумиха закончилась тем, что виновную Ольгу Алисову осудили на три года колонии. Также ее обязали компенсировать моральный вред родственникам погибшего ребенка в размере 2,5 миллиона рублей.

Судмедэксперта Михаила Клейменова приговорили лишь к 10 месяцам исправительных работ. Более того, он был восстановлен в должности.

Сама Алисова вину свою так и не признала, несмотря на то, что во время происшествия она разговаривала по телефону и ехала со скоростью почти 70 километров в час (при дозволенной 20). В интервью она говорила, что ее представили «злодейкой» и общество возмущало, что она находится на свободе.

Так или иначе, с делом Алеши Шимко было все понятно: имели место явные нарушения ПДД. Что же могло на самом произойти с кировским мальчиком, покажет следствие. Главное, чтобы оно было проведено правильно и беспристрастно.

Источник: https://360tv.ru/news/tekst/alkogol-podkinuli/

Как я сбил ребенка

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Прочитал вот это и вспомнилось мне. Немного не в ту тему, но тоже про общение с полицией.

В тот вечер я забрал дочку с тренировок (семь лет ей было на тот момент), в тот день должен был быть первый выпуск очередного сезона шоу Голос на первом канале, потому по пути заехали за роллами, в предвкушении приятного вечера…. Дома ждет жена, старшая дочка, короче, ничего не предвещало, как говорится….

Т-образный перекресток, у меня поворот налево, я пропустил все встречные машины, ушел на второстепенку и пошел на разгон. Двухполосная улица, машин ни встречных, ни попутных нет, ограничений по знакам нет. Справа, по ходу движения, припаркован ряд машин, половина корпуса на газоне, половина – на проезжей части.

Между первой и второй припаркованной машиной на проезжую часть выбегает пацан, лет 8-9, на ходу оборачиваясь на бегущих за ним друзей. У меня километров 40-50 в час, по ощущениям – легкий удар, пацан укладывется мне на капот, я резко даю по тормозам, пацан некоторое время едет у меня на капоте, потом, после остановки моей Нексии, скатывается с капота на асфальт.

Оглушительный крик моей дочки с заднего сиденья.

– Успокойся, все нормально, – пытаюсь успокоить ее я, выбегаю из машины к ребенку.

Тот пытается уползти с проезжей части, что-то невнятно орет. Что-то типа, что он не хочет в больницу и вообще все нормально. Я подбегаю, фиксирую его на асфальте, чтобы не шевелился, как могу, успокаиваю его. Он продолжает плакать, но, по крайней мере, прекращает попытки покинуть место ДТП.

В любом случае, даже с моим, далеко не медицинским образованием, видно, что с ним что-то не так, встать не может, правая нога очень неестественно волочится.

Подбегают какие-то прохожие, в основном женщины, сюсюкают с пацаном, перехватывают контроль над ним, спасибо им за это, я смог отвлечься от пострадавшего ребенка, вернулся к машине, нашел в салоне машины телефон, вызвонил 112, объяснил ситуацию, те обещали сообщить в скорую и в ГИБДД. Как в тумане – аварийный знак, потом звонок жене – занято.

Звонок старшей дочери – объясняю, что попал в ДТП, нужно забрать ее сестру, и все и это желательно очень быстро. Дочке на тот момент было 12, спасибо ей, все схватила очень быстро, без лишних вопросов выяснила, где произошел инцидент и обещала быстро прибежать (с полкилометра от дома).

Громко спрашиваю у толпы, кто видел момент ДТП, вызвался какой-то невнятный мужичок, типа видел и тебя и его, вот мой телефон, зовут так-то. Ну, хоть что-то.

Скорая приехала очень быстро, как будто ждала за поворотом, по ощущениям – минут 5, не больше.

Появляется владелец авто, из-за которого выбежал пострадавший пацан, пытается сесть в машину и свалить. Я ему объясняю ситуацию, тот сначала не въезжает:

– Я тут причем?

– Дай я сфоткаю сначала как твоя машина стоит, потом езжай куда хочешь.

Соглашается, я делаю на телефон несколько кадром его тачки, своей тачки, обе тачки с привязкой к местности. Чувак сваливает.

В толпе вижу знакомое лицо – воспитательница из нашего детского садика, предлагает мне забрать дочь и отвезти домой. С облегчением и благодарностью принимаю ее помощь. Одной проблемой меньше.

Появилась мать мальчика, ее было больше всего жалко – в полном шоке, в домашних тапочках, в халате на голое тело…, так и уехала с сыном на скорой в больницу. Папаша появился гораздо позже, очень «отдохнувший», со свежим перегаром и с активным желанием покарать всех причастных и не причастных.

ДПС приехали часа через три, сделали все необходимые замеры, сначала не хотели фиксировать тормозной след, типа не видно его уже, но, при свете фонарика, были вынуждены внести в схему, что след составляет 7 метров (гугель потом подсказал, что около 40 км в час скорость была).

Потом уже все было более-менее спокойно – объяснительная в полку ДПС, медицинское освидетельствование (ноль промилле, если что). ДТП произошло примерно в девять вечера, домой приехал около часу ночи, заплаканные дети – мы думали, что тебя уже в тюрьму посадили!

Через пару дней скатался к пацану в больницу, вид у него был, конечно, неважный, лежал на растяжке и особо не воспринимал окружающую действительность, температура и все дела…. Пообщался с его мамой, адекватная женщина, хотя, возможно, что все ее кивания и согласие с моими словами были следствием непрекращающегося шока.

Через месяц мне позвонил дознаватель и радостно сообщил, что пришло заключение, что у ребенка тяжкий вред здоровью, дело передается в следственный комитет и осталась самая малость – получить объяснение с моего свидетеля, типа нас вообще не колышет, либо приносишь объяснительную от него, либо мы его вычеркиваем из материалов дела, тебе же это больше нужно, чем нам.

Как я его искал – тема отдельного рассказа, ну да ладно. Я его выцепил, договорился где встретимся, он меня не кинул, пришел, написал все, что было нужно и отчалил, попросив на прощание пару тысяч «в долг». Почему то я был уверен, что денег я обратно не получу, но, тем не менее, деньги дал, не такая уж большая сумма.

Еще где-то через месяц меня и дочку (как лицо, находящееся в авто в момент ДТП) пригласили на допрос – устно, без всяких повесток. Все было предельно корректно и вежливо, без указания времени, исключительно, когда мне будет удобно.

Молодой следователь выспрашивал меня все поминутно – от того момента, как я свернул с перекрестка до момента, когда мне вернули права (равно – отпустили из полка ДПС). Описал все – момент наезда, фиксирование ребенка на месте ДТП, реакцию прохожих, свидетеля, установку знака аварийной остановки, приезд скорой, в общем все.

Отдельно описал свое опасение – на момент ДТП на этом участке не было никаких ограничений, а где-то недели через три появились знаки «Осторожно дети» и ограничение скорости «40».

Следак вроде бы не обратил внимания на мои слова, но в конце допроса внес мои показания в протокол и сказал, что сам удивился, что видел эти знаки, но почему то их наличие не был отражено схеме ДТП.

Отдельный интересный вопрос: «Почему вы наехали на ребенка?» Несмотря на его дебильность отвечать нужно предельно серьезно.

Дочку допрашивали без меня, в присутствии мамы, как законного представителя, не связанного при этом с ДТП. Жена потом рассказывала, как это происходило:

– Расскажи, откуда появился мальчик?

– Оттуда, где мама сидит.

Следователь вопросительно смотрит на маму, та поясняет:

– Я обычно сижу на переднем пассажирском сиденье.

В протоколе появляется запись типа: «С правой стороны, неожиданно для меня выбежал мальчик…».

Потом было затишье, месяца на два, после чего следователь позвонил и сказал, что мне нужно найти мальчишку, более-менее подходящего по физическим параметрам и по возрасту, который согласился бы принять участие в следственном эксперименте. На счастье, такой претендент был, и родители его согласны были поучаствовать.

Эксперимент заключался в том, чтобы выяснить, за сколько восьмилетний пацан сможет пробежать расстояние 3,20 метра. Три попытки. Пробежка в коридоре следственного управления.

Мой парень пробежал два раза за 1,5 секунды и один раз – за 0,9. Очень неплохо.

  Следователь сказал, что все, что меньше 2,5 секунд – эксперты расценивают в пользу водителя, типа не было возможности среагировать и избежать наезда.

Про моего свидетеля следователь высказался так:

– Больше мне таких товарищей не подсовывай. Замучались его искать. Товарищ в федеральном розыске уже год как, пока его нашли, пока по основному делу провели…. Потому и так долго получилось.

Вообще я хотел этот пост написать, когда будет какая-то определенность по делу, но вот уже прошло почти пять лет, на руках у меня никаких бумаг, машину я давно уже продал, купил другую. Никаких ограничений у меня типа подписки о невыезде и прочего нет, так что как-то так. Интересовался у знающих людей – машут рукой, типа забей, и не парься, бюрократия она везде, забыли про тебя и ладно.

Мое пожелание и совет все водителям – если есть возможность избежать наезда – избегайте, нуивонах, нервы дороже.

Еще хочется плюнуть в рожу нашим законодателям, если бы родители мальчика вдруг решили истребовать с меня компенсацию – любой суд встал бы на их сторону, а это вопрос 30-40-100 тыс. рублей.

Не так критично, в принципе, но это стоимость нашего летнего семейного отдыха,например, с которым я своих бы детей был бы вынужден обломать.

А ведь вина моих детей только в том, что они соблюдают ПДД и они смотрят по сторонам, когда выходят на улицу, в то время, когда другие на это плюют.

Может быть сумбурно, уж извините.

Источник: https://pikabu.ru/story/kak_ya_sbil_rebenka_6789012

Трагедия в Ульяновске: малыша сбила дочь адвоката Шурыгиной

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Страшная трагедия потрясла Ульяновск поздним вечером 9 мая. Шестилетний ребенок Айрат Муратов переходил дорогу по регулируемому пешеходному переходу на зеленый свет, когда летящий на большой скорости на «красный» автомобиль сбил мальчика и скрылся.

Гибель ребенка всполошила всю область. Как писала на прошлой неделе «Газета.

Ru», к поиску водителя подключились не только жители города – к водителю обратился лично глава области Сергей Морозов с требованием прийти с повинной и «найти в себе мужество покаяться».

Как вспоминает отец мальчика Ильдар Муратов, в тот вечер ничего не предвещало беды. В День Победы мама малыша дежурила на работе, а его 10-летняя сестра была в гостях у тети. Мальчик с папой пошли гулять в центр города и смотреть на праздничный парад.

«Приехав из центра, мы дома поели и вместе отправились за дочкой. Айрат взял с собой велосипед. Уже когда мы шли домой, позвонила жена и сказала, что ждет нас у подъезда. Я сказал, что мы скоро будем. Первый пешеходный переход до трамвайной полосы мы прошли без проблем.

Я шел рядом с дочерью, а сын шел на полтора шага перед нами и вел свой велосипед, — вспоминает мужчина. — На втором пешеходном мы снова дождались зеленого светофора.

К тому времени перед нами остановились две маршрутки, прошли половину дороги. Помню, еще сын обернулся и остановился, чтобы нас подождать. В это время легковушка обогнала маршрутки и снесла его. Все заняло буквально доли секунды.

Поняв, что произошло, я кинулся к сыну, добежал до места, где он упал с машины.

Он был еще жив, я лег рядом, назвал его по имени, и буквально через пару мгновений он умер»,

— рассказывает Ильдар «Мозаике».

В этот самый момент, как рассказывала в соцсетях одна из жительниц города, некая девушка вместе с молодым человеком остановилась около автосервиса и они принялись смывать с машины кровь шампанским и флагами с символикой Дня Победы

— легковушка участвовала в праздничном автопробеге и была украшена соответствующим образом.

На следующий день полиции удалось задержать водителя ВАЗ-2114. Ей оказалась 24-летняя Полина Глухова. Как сообщили Ильдару в полиции, девушка пришла с повинной.

Якобы ее заставили это сделать родители, когда узнали, что натворила их дочь.

Увидев отца погибшего ребенка, мать девушки чуть ли не на коленях вымаливала у него прощение и говорила «ребенка заберем, а она пусть сидит». Позже оказалось, что подозреваемая девушка является дочерью известного в Ульяновске адвоката Натальи Глуховой.

Именно она защищала интересы скандально известной Дианы Шурыгиной в деле об изнасиловании.

Однако многие жители Ульяновска считают, что водителю удастся избежать наказания. Когда ее только задержали, уже были предположения что девушка может забеременеть и «отделаться колонией-поселением». Некоторые говорили о том, что

за рулем находилась не она и это попытка взять чужую вину на себя — якобы на самом деле, за рулем мог находиться ее сожитель.

Как выяснилось позже, у девушки действительно есть ребенок, помимо этого она находится на четвертом месяце беременности.

Этот факт не дает покоя отцу, который считает, что «мать» не могла так хладнокровно поступить. В момент наезда отец малыша заметил, что окно машины было открыто, однако водителя он не видел. Скорее всего потому, что сиденье было сильно отодвинуто.

«До сих пор в голове не укладывается, как девушка за рулем, сама мать, могла сбить на бешеной скорости ребенка и даже не притормозить.

Даже если ты сначала перепутаешь педали тормоза и газа. Когда велосипед отлетел в сторону, машина еще метров 300 провезла сына на капоте или на бампере.

Потом затормозила так, что машину повело юзом, а когда малыш упал, снова дала по газам… Я пока никого не обвиняю. Ни эту девушку, ни ее сожителя.

Прошло всего четыре дня, и пока в этой истории вопросов больше, чем ответов. Может, девушка и не была за рулем…

Но это только мои предположения, не более того. Правду предстоит установить специалистам, сотрудникам правоохранительных органов», — поделился своими предположениями отец мальчика с ulpravda.ru.

На данный момент следователи областного УМВД уже возбудили уголовное дело по «трезвой», третьей части, статьи 264 УК РФ, которая предусматривает ответственность за гибель в ДТП одного человека. Подозреваемой грозит до пяти лет колонии

Уже известно, что задержанная дает признательные показания. Следователи будут ходатайствовать об отправке водителя ВАЗ-2114 под домашний арест.

В соцсетях жители области «не подбирают выражений», говоря о подозреваемой виновнице аварии. Видимо испугавшись подобных комментариев, девушка вечером 13 мая удалила свою страницу в «ВКонтакте».

Мальчика похоронили 11 мая. К семье приходили сотрудники из соцзащиты и сообщили, что все затраты на похороны будут возмещены. Тем временем родственники разместили пост в соцсетях для тех, чтобы материально помочь родителям мальчика. Отец ребенка говорит, что скорее всего на эти деньги семья наймет адвоката, который сможет защитить их интересы в суде.

Сейчас родители мальчика по-прежнему пребывают в шоковом состоянии. Отец берет на себя все хлопоты по дому. Мама малыша не встает с постели, не притрагивается к еде и живет лишь «на лекарствах». Они не представляют, как это быть дома и не видеть мальчика.

«Дома-то сына не хватает… Некого пожурить – он то за компьютером засидится, то за телефоном, или мороженое попросит, или еще чего. А теперь нет его», — вздыхает Ильдар.

Вместе с родными малыша скорбят и воспитатели детского сада. Со слов заместителя заведующей, Екатерины Камаевой, семья о которой идет речь, была дружной и благополучной, а погибший ребенок выделялся своими способностями.

«Им гордились воспитатели группы, ведь он был единственным среди сверстников, кто хорошо читал. Также отличительной чертой ребенка был интерес к политике. Маленький ульяновец знал о деятельности российского президента, о его подчиненных и последних новостях. Любил разговаривать на эту тему. Ребенок был не по годам взрослым.

Кроме того, мальчик хорошо рисовал и часто радовал родных плодами своего творчества. В целом он был обычным, жизнерадостным, открытым ребенком, жизнь которого непозволительно рано прервалась на зеленом сигнале светофора». – рассказывают воспитатели детского садика местным СМИ.

Напомним о деле, благодаря которому стала известна мать подозреваемой. Как ранее рассказывала «Газета.Ru» в апреле 2016 года Сергей и несовершеннолетняя Диана отмечали день рождения общего друга в загородном коттедже в Ульяновске: там они познакомились и занялись сексом.

Молодой человек заявил, что все было по обоюдному согласию, а Шурыгина по окончании праздника обвинила Семенова в изнасиловании. Парню, которому на тот момент был 21 год, назначили восемь лет и три месяца колонии строгого режима.

Спустя полтора месяца, 25 января 2017 года, суд изменил срок на три года и три месяца, заменив строгий режим на общий. Сергей Семенов освоболился досрочно 10 января.

Источник: https://www.gazeta.ru/auto/2018/05/15_a_11750677.shtml

Полицейский сбил мальчика на сельской дороге. Шестилетнего ребёнка признали пьяным | Программы | ОТР

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

Второй раз за последнее время погибшего в ДТП мальчика судебная экспертиза признала пьяным. Происшествие произошло 13 июля в Кировской области. В селе Буйское Уржумского района автомобиль насмерть сбил шестилетнего мальчика, который ехал на велосипеде. За рулем машины был 45-летний майор полиции. Возбуждено уголовное дело, но полицейский пока продолжает исполнять свои обязанности.

Родители мальчика получили на руки удивительное заключение судмедэксперта, где говорится, что в крови ребенка обнаружен этиловый спирт , 0,51 промилле – это как, если бы он выпил в свои 6 лет бокал вина.

В этой истории много странностей. Корреспондент ОТР Анна Богатова попыталась разобраться в том, а пил ли мальчик.

На место, где погиб шестилетний ребенок, жители Буйского до сих пор приносят цветы и игрушки. Поверить в смерть племянника не может и его родная тетя.

Галина Соловьева, родственница погибшего: «Никак понять не могу, как можно было с такой скоростью ехать, чтобы, вы знаете, протащить на своем капоте человека. Велосипед полетел в одну сторону, он полетел в другую, сапоги у него были разбросаны во все стороны, бейсболка у него лежала. Вот это я все видела».

Авария произошла на перекрестке улицы Кирова и Комсомольской. Шестилетний мальчик катался на велосипеде вместе с друзьями. Разогнался с горки и выскочил с поселковой дороги прямо на проезжую часть. Как видно на фотографиях с места происшествия, обзор водителю и ребенку тогда закрывали высокая трава и кустарники.

За рулем автомобиля находился 45-летний полицейский из соседнего района. По версии следствия, он ехал не быстрее, чем здесь разрешено, но избежать наезда на велосипедиста не мог.

Сергей Баранцев начальник отдела информации УМВД РФ по Кировской области: «В ходе данной проверки было установлено, в этот день сотрудник полиции находился в своем очередном отпуске, передвигался по населенному пункту на личной автомашине.

В момент проезда по населенному пункту, без нарушения, как было в последствии установлено предварительно, со второстепенной дороги выехал велосипедист.

В результате столкновения 6 летний мальчик скончался, к сожалению, не смотря на оказанную сотрудником полиции первую помощь».

Александр Вершинин, местный житель, очевидец: «Никто ничего не оказывал. Кто ему что-то оказывать будет, если он уже лежал. Я был в огороде, слышу хлопок сильный. Пришли. Смотрю – машина стоит там на перекресте. Спросил, где мальчик-то лежит? Он мне показал: вон, говорит, там валяется».

Как сообщила пресс-служба регионального управления МВД, после аварии их сотрудник действовал «должным образом».

Месяц назад родители получили результаты судебно-медицинской экспертизы. В крови шестилетнего мальчика обнаружили этанол – 0,51 промилле. С учетом веса ребенка, это, примерно, соответствует бокалу вина.

Андрей Сорокин житель Буйского: «Как может быть? Он активный был мальчик, не может быть такого».

Галина Бушуева соседка, жительница Буйского: «Да ну! Ну чушь. Это дикость, ребенку – шесть лет».

Подписывать такой протокол родители отказались и потребовали провести повторную экспертизу. Но им отказали. Тогда отец обратился за помощью к журналистам. На этой неделе МВД опубликовали результаты служебной проверки. Выяснилось, что полицейский сбивший ребенка, был трезв.

Хоронили мальчика всем селом. На могиле до сих пор каждый день появляются игрушки. Все местные жители ждут не только справедливого наказания для полицейского, но и результатов дополнительных экспертиз, которые уже назначили следователи.

Мария Меркулова помощник руководителя СУ СКР по Кировской области: «В связи с резонансом, дело передано в 1 отдел, назначены новые экспертизы».

В поселке уверены, что только благодаря резонансу, дело о гибели шестилетнего Вани будет расследовано справедливо. Ребенка уже не вернуть, но эта история должна послужить уроком всем, кто пытается осквернить память о шестилетнем мальчике и фальсифицировать следствие.

15 октября глава Следственного комитета Александр Бастрыкин поручил провести повторную судебную экспертизу по этому делу, а 17 октября – передать само дело в Центральный аппарат.

Удивительно, что по всей цепочке – от судебного эксперта до следователей в Кировской области – никому не пришло в голову, что не может в 6 лет ребёнок пить. По крайней мере, это странно, и нужно повторно всё исследовать.

Евгений Ищенко, заведующий кафедрой криминалистики Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина: «Этанол из каких-то, ну я бы сказал, пищевых продуктов при их переваривании в желудке и в кишечнике не образуется.

Ребенок по ошибке выпить 100 грамм спиртного, 100 грамм алкоголя не мог.

А что касается судебно-медицинского заключения, в котором констатировано наличие алкоголя в крови шестилетнего ребенка, то я полагаю, что оно будет признано ложным, данным по каким-то, я думаю, не совсем правовым основаниям».

Судмедэксперт Насонов, который обнаружил у мальчика алкоголь, говорит, что он в любом случае прав и повторную экспертизу проводить не будет.

Два года назад в подмосковной Балашихе уже был подобный случай. История была громкая. У насмерть сбитого тоже шестилетнего мальчика судмедэкспертиза обнаружила алкоголь 2,7 промилле. Это сильная степень опьянения. Повторная проверка показала, что ребёнок был трезв. Судмедэксперт за свою халтуру получил 10 месяцев исправительных работ. Виновницу ДТП суд приговорил к трём годам колонии.

Видимо, выводов с тех пор судебные медики делать не научились.

Источник: https://otr-online.ru/programmy/novosti-otrazhenie-nedeli/policeyskiy-sbil-malchika-na-selskoy-doroge-shestiletnego-rebyonka-priznali-pyanym-39206.html

«после того как моего сына сбила машина… На пешеходном переходе, директору школы пришло..

Что делать, если мальчик сбил моего ребенка?

В результате случившегося в Херсоне ДТП с участием офицера милиции серьезно пострадал девятилетний мальчик, а его родителям уже дважды отказано в возбуждении уголовного дела. «Нас с милиционером пытаются поменять местами», — считает мама ребенка

– С первого класса меня водила на уроки мама за ручку, — вспоминает девятилетний херсонец Саша Гуменюк.  — Но сколько же можно?! Вырос, третий класс закончил. Этой весной все-таки уговорил родителей — мне разрешили ходить без провожатого. Ура! Полтора месяца с задачей справлялся.

14 апреля Саша возвращался из школы, подошел к перекрестку и, как учили взрослые, дождался, чтобы автомобили остановились, потом шагнул на проезжую часть. До сих пор ему снятся визг тормозов, перепуганные возгласы, красные кресты скорой помощи…

«Какое же это вымогательство? Потерпевшие вправе просить у виновника ДТП столько, сколько посчитают нужным»

– Когда я прибежала к месту происшествия, там уже были и «скорая», и ГАИ, — Наталья, Сашина мама, напряжена, будто пружина.  — Сын отказывался ехать в больницу, как заведенный повторял: «Отвезите меня домой».

Медики усадили Сашу в карету скорой помощи, чего, как потом оказалось, категорически нельзя было делать, ведь врачи Херсонской областной детской клинической больницы, куда нас доставили, сходу диагностировали у него компрессионный перелом двух позвонков грудного отдела.

На то, что наезд на ребенка произошел в радиусе действия знаков «Переход» и «Переход для слепых», Наташа сразу обратила внимание, ведь сама много раз переводила сына через улицу именно в этом месте. И хотя пешеходный переход не обозначен «зеброй», водители всегда пропускали женщину с мальчиком, предоставляя преимущество, ведь рядом — школа.

– Молоденький водитель «Жигулей» пришел к нам домой в тот же вечер, — продолжает Андрей, супруг Натальи.  — Это я, говорит, сбил вашего парня, виноват — наверное, нужны деньги на лечение, готов помочь, сколько хотите? Мы к такому разговору еще не были готовы. Парень сообщил, что его машина не застрахована и, раз «автогражданка» отсутствует, рассчитываться с нами он будет сам.

– Муж мой работает на станции автосервиса, — объясняет Наталья.  — Там есть юрист. Андрюша с ним посоветовался, тот предложил: мол, наехавшему на Сашу водителю не мешало бы уплатить вашей семье сумму, соответствующую сумме страховки, которую вы могли бы получить, если бы виновник ДТП вовремя застраховал свою машину.

Мы и последовали этому совету. Когда тот парень в очередной раз позвонил, Андрей ему сказал и про юриста, и про страховку. «Приезжайте в район автовокзала, но только без адвоката, будем рассчитываться», — услышал муж в трубке. Тем не менее на переговоры супруг отправился вместе с юристом и начальником автосервиса.

– Как только мы подъехали к назначенному месту, — вспоминает Андрей, — на нас налетела целая толпа людей в милицейской форме. Отняли водительские права, препроводили в областное УВД и огорошили: всех троих задерживают за… вымогательство!

– Мне позвонила Наталья Гуменюк и расплакалась прямо в трубку: ее мужа ни за что пытаются задержать, — рассказал «ФАКТАМ» Сергей Кириченко, депутат Херсонского городского совета.  — Я тотчас подъехал к проходной областного УВД, где застал такую картину: милиционеры пытались затолкать на территорию управления троих мужчин, те сопротивлялись.

Пришлось представиться, я ведь не только депутат, но и заслуженный юрист Украины. Оказалось, что девятилетнего Сашу Гуменюка сбил не кто-нибудь, а офицер милиции.

Пользуясь своими служебными связями, он записал разговор с отчимом покалеченного ребенка на диктофон, подключил сотрудников УБОП, которые попытались привлечь Андрея и его товарищей к уголовной ответственности за вымогательство.

«Какое же это вымогательство? — пытаюсь урезонить правоохранителей.

 — Обычные гражданско-правовые отношения! Потерпевшие вправе просить хоть и миллион на лечение сына! Перестаньте прессовать мужиков, отпустите немедленно!» «Мы только разбираемся», — отвечают люди в форме и требуют, чтобы я ушел.

Но стою на своем: в здание УВД эти трое войдут только со мной! Мне-то чего бояться? Требую у милиционеров показать документ, подтверждающий законность проведения диктофонной записи. Одним словом, удалось добиться, чтобы мужчин все-таки отпустили. Свои объяснения они писали на капотах машин.

– На все обращения с просьбой сообщить, что за операцию проводили органы в отношении моего мужа, ответы приходят, будто под копирку писаны: такого факта не было, — жалуется Наталья.  — Нас с офицером милиции просто пытались поменять местами.

«Раз водитель «Жигулей» нарушил правила, то неважно, мог он остановиться или нет. Он их нарушил!»

– Хотя мне и не до того было, все равно слышала, как на месте ДТП люди говорили, что виноват в наезде на Сашу водитель «Жигулей», — продолжает Наташа.

 — И вдруг директору школы, где учится сын, приходит письмо из городской ГАИ: «Ученик 3-В класса Гуменюк нарушил Правила дорожного движения. Просим принять меры».

Я тут же обращаюсь к адресату: как так? Разве расследование закончено? Нет, отвечают, и выдают мне такую же справку, но по содержанию с точностью до наоборот: «Ученик Гуменюк не нарушал Правил дорожного движения».

По рассказам очевидцев, офицер милиции, сбив ребенка, выскочил из салона своего авто и, услышав от сбежавшихся прохожих укоризненное: «Куда прешь, здесь же переход!» — был изумлен.

– «Какой переход? Вы что?» — на лице мужчины читалось недоумение, — утверждает херсонка Елена Уколова.  — Другие водители принялись дружно показывать: так вот же знак!

Кстати, эта молодая женщина, случайно став свидетелем происшествия, сама вызвала и «скорую», и сотрудников ГАИ.

– Мы не были знакомы, но Лена позже звонила, интересовалась Сашиным здоровьем, — рассказывает Наташа.  — Когда сына выписали из больницы, предложила бесплатно заниматься с ним английским.

В тот злополучный день Лена видела, что Саша спокойно шел по переходу, тогда как сбившие его «Жигули» неслись на приличной скорости.

Но доследственная проверка пришла к иным выводам: именно мой Саша внезапно выскочил на переход, а офицер милиции ехал, оказывается, со скоростью всего 21 километр в час.

Действительно, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, которое вынес следователь прокуратуры Суворовского района Херсона Д. Шишенко, написано: «Из пояснения свидетеля М. Зеленского известно, что на проезжую часть выбежал девятилетний мальчик, и автомобиль ВАЗ-21099 совершил наезд на него… »

«ФАКТЫ» связались со свидетелем Зеленским по телефону.

– Я таких показаний не давал, — ответил мужчина.  — Ребенок по переходу шел спокойно. Потом, когда его сбили, он упал на асфальт, но тут же схватился и уже дальше, да, побежал (редакция располагает записью этого разговора.  — Авт. ).

– Давайте смоделируем ситуацию, — горячится Сашин отчим.  — Перекресток. Ребенок собирается перейти улицу. Одна машина останавливается и пропускает его. Рядом в том же направлении движутся упомянутые «Жигули». Саша идет дальше, и машина его сбивает. Да, офицер милиции не видел сына.

Но разве Правила дорожного движения не запрещают опережать движущиеся в попутном направлении транспортные средства, ограничивающие водительский обзор? Тем более на переходе! Между тем в нашем случае назначается автотехническая экспертиза, по результатам которой оказалось: офицер не мог остановиться, даже если бы захотел, — ребенок перед ним оказался внезапно.

И на этом основании вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Но раз водитель «Жигулей» нарушил правила, то неважно, мог он остановиться или нет. Он их нарушил! Сашу обвиняют, будто бы он бежал по переходу. А ведь психология у детей какая? Ребенок видит, что первая машина его пропускает, и ускоряет шаг.

В отказном постановлении упор делается знаете на что? Машины на перекрестке остановились не потому, что пропускали школьника, а по иной причине — впереди был затор. Ребенок-де этим воспользовался и лавировал между притормаживающими автомобилями.

Но в Правилах дорожного движения предусмотрена и такая ситуация: «Запрещается въезжать на пешеходный переход, если за ним образовался затор».

«На нас наезжает машина, и мы же еще виноваты! Надоело такое правосудие, такая жизнь… »

Спор между двумя сторонами длится уже почти четыре месяца. Прокуратура Херсонской области отменила постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, назначив дополнительную проверку, но и она ничего не дала. В возбуждении уголовного дела родителям отказано уже дважды.

– Я вам скажу почему, — нервно разминает сигарету Сашин отчим.  — Отец милиционера, который покалечил нашего сынишку, — руководитель одного из подразделений областного управления милиции, имеет высокое звание.

Сына вытащит из любой передряги, поверьте! Зачем оформлять «автогражданку», если в кармане милицейское удостоверение? Можно экономить.

А кто посмеет предъявить претензии, на того наденем наручники… Надоело такое правосудие, такая жизнь…

«ФАКТЫ» обратились к оказавшемуся в центре скандала офицеру милиции — сотруднику Комсомольского РОВД Херсона.

– Не буду я ничего говорить, — отказался от встречи Николай.  — Вы же, наверное, знаете, кто мой отец? Раздувать сенсацию вокруг его имени? Не хочу. Пусть точку в этой истории сначала поставит прокуратура, хорошо?

– Не дай Бог никому быть замешанным в ДТП, в котором пострадал ребенок, — комментирует ситуацию Анатолий Майдан, прокурор Суворовского района Херсона.  — Не буду вдаваться в подробности, но я четко вижу вину мальчишки. У самого более 20 лет водительского стажа. На улице скопилось много транспорта, там была пробка, и ученик проныривал в эти щели.

Мы не выезжали на ДТП, потому что никто о нем не доложил. Ну не имел возможности водитель «Жигулей» избежать наезда! Тем не менее есть другая сторона: виноват он или не виноват, мальчишка-то искалечен. И я твердо сказал родителям Саши, что помогу в суде отстоять интересы ребенка.

Что нужно для этого? Только их исковое заявление и документы, подтверждающие расходы на лечение и восстановление здоровья паренька. Но этим путем мама идти не хочет. Почему? Не верит, что процесс можно выиграть: мол, там милиционер. Знаете, я дорожу честью своего мундира.

Не так давно назначен на должность прокурора района, но за это время осуждены уже 12 работников милиции за совершение умышленных преступлений, четыре — за так называемые преступления по неосторожности. Никого не стану покрывать и в этот раз. Я не на стороне офицера, я на стороне закона.

У Сашиных родителей в Херсоне нет квартиры, жилье они снимают. Здесь в тесном дворике мы с мальчиком и познакомились.

– Хожу в корсете, — снимает футболку ребенок.  — Он необходим, чтобы зафиксировать позвоночник. Уже привык, жарко, правда. А еще нельзя к друзьям: подойду к калитке, в щелочку позаглядываю, повздыхаю — такие вот каникулы.

– Мы даже не говорим сыну, что травма изменила его жизнь навсегда, — с горечью объясняет мама школьника.

 — Компрессионный перелом, оказалось, такая коварная вещь! Дегенеративно-дистрофические процессы в позвоночнике могут появиться при любом неосторожном движении! Я и так страшно переживаю, чтобы не вырос горб.

Врачи никаких гарантий пока не дают, выбираться из болезни придется годами. Сын у меня такой крепкий, сильный, веселый был.

Знаете, очень страшное это слово — «был», ведь сынишке всего девять лет! Ребенку исковеркали жизнь! Продаю Сашины костюмы, в которых ходил на тренировки по восточной борьбе, — чтобы не попались ему на глаза.

Пойдет ли в школу? Бог весть. Сидеть ему пока нельзя, а рюкзачок школьный и вовсе поднимать доктор не разрешает. Что нас ждет дальше? Одному Господу известно.

Скажите, какими деньгами это все можно компенсировать?

– Поэтому вы и не хотите подавать иск в суд?

– И поэтому тоже. Разве не знаете, какие сейчас суды? Связей у нас нет, денег тоже. В лучшем случае заплатят какие-то копейки. Мы просто в отчаянии!

Написать отзыв о статье 

Читайте нас в Telegram-канале, и

Источник: https://fakty.ua/21643-posle-togo-kak-moego-syna-sbila-mashina-na-peshehodnom-perehode-direktoru-shkoly-prishlo-pismo-iz-gorodskoj-gai-uchenik-3-go-klassa-gumenyuk-narushil-pravila-dorozhnogo-dvizheniya-prosim-prinyat-mery

Округ закона
Добавить комментарий