Я не сидел за рулем, меня лишают за пьянку

«Суды верят гаишникам, а не водителям»

Я не сидел за рулем,  меня лишают за пьянку

Как стало известно «Газете.Ru», тяжба подмосковного автовладельца 31-летнего Ивана Верещагина, которого гаишники поймали якобы пьяным за рулем, закончилась в пользу водителя. Жителю Химок грозили лишение водительских прав на срок до двух лет и крупный штраф.

После разбирательств так и получилось: сначала мировой суд постановил подвергнуть Верещагина административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 тыс. руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год и шесть месяцев.

Однако Верещагин при помощи адвокатов смог доказать свою невиновность в вышестоящей инстанции и добиться отмены прежнего решения, что в российских судах случается крайне редко.

Теперь автомобилист хочет добиться наказания для сотрудника ГИБДД, который, как уверена его защита, сфабриковал дело. Для этого он якобы использовал своего знакомого в качестве подставного понятого, причем далеко не один раз.

Как поймали на «пьянке»

Напомним, что резонансная история произошла вечером 30 марта 2015 года в районе Сходня города Химки. Как рассказывал сам Верещагин «Газете.

Ru», он вместе с другом спустился из дома к своему автомобилю Kia Rio и забрал из него вещи, которые в спешке забыла его супруга. После этого мужчина успел закрыть машину и пройти с приятелем около 30 м в направлении дома.

Неожиданно к ним с включенными мигалками подъехала машина ППС, а следом — машина ДПС.

«Сотрудники ППС спросили документы, я предъявил паспорт, после чего у нас спросили, есть ли у нас ключи от машины, — рассказал автомобилист. — Я ответил, что они у меня.

На это сотрудники ДПС сказали, что я в нетрезвом виде. Так оно и было, дома я употреблял спиртное, но машиной не управлял, даже за руль не садился.

Сотрудники ДПС неправомерно, без каких-либо оснований выдвигали предположения о том, что я управлял автомобилем и при виде их остановился. Я ответил, что это не так: из машины были взяты только вещи, попросил предъявить видеосъемку, которая всегда ведется в патрульной машине, и даже предложил потрогать двигатель, который был холодным. Но получил отказ».

В Оренбургской области разразился громкий скандал вокруг отца 70 детей протоиерея Николая Стремского, который после езды в пьяном виде пытался… →

Тогда, чтобы подтвердить свою невиновность, Верещагин попросил привлечь понятых. Его спутник предложил выступить в роли свидетеля. Мужчина заявил, что готов подтвердить, что на машине они не ездили и мотор не заводили.

«Сотрудники полиции со словами «нечего умничать» задержали меня, посадили в уазик и повезли в отдел полиции, а друг поехал со мной, — рассказывал Верещагин.

— При мне никаких процессуальных документов об отстранении от управления, о задержании, о доставлении не составляли.

Меня привезли в отделение полиции города Сходни, забрали документы на машину и неправомерно стали оформлять протоколы. После чего мне предложили дыхнуть в трубку. Я в очередной раз сказал, что не водитель. Тогда мне настойчиво предложили написать отказ от освидетельствования.

Я ответил, что согласен его проходить, но не в качестве водителя, о чем сделал запись в направлении на медосвидетельствование. Друга сначала попросили написать объяснения, несколько раз повторив, что за дачу ложных показаний его привлекут к уголовной ответственности. Он соглашался, но потом сотрудники ДПС сказали, что им не нужно объяснений.

Меня повезли в химкинский наркодиспансер одного. Друг просился поехать туда в качестве свидетеля, но сотрудники ДПС его не взяли».

В результате медосвидетельствования у Верещагина обнаружили в крови 0,32–0,33 промилле, однако протокола он не получил. После процедуры, уже поздней ночью, сотрудники ДПС повезли мужчину обратно домой.

Внезапно на середине пути они остановились возле эвакуатора с машиной задержанного. Инспектор подписал документы водителя спецтранспорта на транспортирование автомобиля на штрафстоянку и только потом выписал протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.

8 (управление автомобилем водителем, находящимся в состоянии опьянения).

Как прошли суды и как защищать свою правоту

В мировом суде адвокаты Верещагина пытались доказать, в частности, что документы на эвакуацию были составлены незаконно. «Документы были составлены задним числом, а именно тогда, когда за машиной приехал водитель эвакуатора Виктор Халимов, — рассказал «Газете.Ru» адвокат Верещанина Александр Рыбалко. — Он же впоследствии стал и понятым.

Так, в документах, составленных инспектором ДПС Дмитрием Бабониным, эвакуаторщик Халимов был дописан как понятой с несуществующим адресом жительства, совпадающим с адресом штрафстоянки, куда был направлен автомобиль: Химки, Транспортный проезд, 3а.

Кроме того, мы обращали внимание суда на то, что в документах об эвакуации автомобиля и протоколе информация о понятных (Халимов В.В. и Наконечный А.М.) была дописана позже ручкой другого цвета. Указанные понятые подвергались приводу в суд для дачи показаний, однако каждый раз уклонялись от явки».

В мировом суде Верещагин также рассказал, что запись с видеорегистратора полицейские не предоставили.

«В свою очередь, врач, проводивший медосвидетельстование, предъявил два чека, которые тот мог распечатать в любой момент. Время в чеке не соответствовало тому, что указывалось в акте.

Протокол об отстранении от управления транспортным средством был составлен задним числом и не по реальному адресу», — утверждал обвиняемый.

Лишение прав на срок до двух лет и крупный штраф грозит водителю, который в пьяном виде спустился к своей машине за забытыми в салоне вещами. За этим… →

Однако суд первой инстанции не внял доводам Верещагина.

Судья обосновала виновность водителя, основываясь на составленных полицейскими и врачом документах. Решающими стали показания Дмитрия Бабонина, который в суде утверждал, что видел пьяного Верещагина за рулем.

Однако защитники водителя, который мог лишиться возможности полтора года передвигаться за рулем автомобиля, а при повторном инциденте вовсе оказаться за решеткой, не стали останавливаться и обратились в вышестоящую инстанцию.

В итоге уже в феврале 2016 года состоялось рассмотрение апелляции уже в Химкинском городском суде Московской области.

Там Верещагин придерживался своей версии, доказать которую помогли уже новые показания свидетелей, которых удалось отыскать. В итоге суд принял сторону автовладельца и признал его невиновным.

Так, согласно протоколу судебного решения (есть в распоряжении «Газеты.Ru»), допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля понятой Наконечный А.М. показал, что 30 марта 2015 года его автомобиль остановил сотрудник полиции и предложил ему быть понятым. «Он согласился, — говорится в документа. — После чего

сотрудник полиции в служебном автомобиле составил протоколы, в которых он расписался. С содержанием протокола он не знакомился, так как доверял сотруднику полиции и спешил со своей девушкой по делам. При этом второй понятой не присутствовал.

Самого Верещагина или хотя бы его автомобиль понятой не видел, поэтому что-либо пояснить о наличии у указанного водителя признаков алкогольного опьянения не может. Поставив подпись, мужчина уехал. Верещагина он впервые увидел только в суде».

Жалоба на фальсификацию пока без ответа

Как рассказал «Газете.Ru» адвокат Верещагина, он направил несколько жалоб в прокуратуру Подмосковья, а также руководителю ГИБДД Московской области на действия инспектора Бабонина (есть в распоряжении «Газеты.Ru»). В ней Рыбалко утверждает, что полицейский, «видимо, умышленно сфальсифицировал протоколы.

«Кроме того, инспектор ДПС Дмитрий Бабонин привлекает в качестве свидетелей заинтересованных лиц.

Так, Наконечный, чья подпись стояла в протоколе в качестве понятого, на суде пояснил, что Бабонина знает визуально и по его просьбе несколько раз привлекался в качестве понятого.

Кроме того, они общаются в социальных сетях, о чем свидетельствует фотография со странички Бабонина «ВКонтакте», — говорится в документе.

Жалоба адвокатов с требованием о проведении служебной проверки и принятии мер дисциплинарного воздействия в связи с незаконным привлечением Верещагина И.Н. к административной ответственности по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ инспектором ОБ ДПС ОГИБДД УМВД УМВД России по г/о Химки Московской области Бабониным Д.Н., умышленной фальсификацией письменных доказательств обвинения

Как сообщил Рыбалко, ответа на жалобы ему не поступало. В ГИБДД Подмосковья «Газете.Ru» также не сообщили о ее судьбе и попросили направить запрос.

Всегда виноват водитель

Бывший участник музыкальной группы «Братья Грим» Борис Бурдаев в пьяном виде управлял автомобилем без водительских прав и устроил ДТП в… →

Автомобильный юрист Лев Воропаев отмечает, что доказать невиновность водителя в суде в таких ситуациях практически невозможно. «Отбиться от таких обвинений крайне сложно, — говорит «Газете.Ru» Воропаев.

— Наша судебная система не склонна не доверять сотрудникам полиции, поэтому виноватым всегда оказывается водитель. Был, например, случай, когда человека лишили водительских прав за то, что он, находясь в нетрезвом состоянии, помогал выталкивать супруге застрявший в снегу квадроцикл».

По мнению собеседника, практика фабрикования таких административных дел связана с так называемой палочной системой работы правоохранительных органов.

«От гаишников требуют выявления нетрезвых водителей, чтобы показатели не уменьшались. И если за смену инспектору не попался нетрезвый автомобилист, то он может пойти на фальсификацию, просто чтобы выполнить план», — считает Воропаев.

Юрист отмечает, что, попав в такую ситуацию, необходимо получить как можно большее количество доказательств своей невиновности.

«Во всех процессуальных документах обязательно надо делать пометки, что вы не управляли машиной, что, например, двигатель был холодным, проговаривать четко эти моменты на камеру, следить, чтобы на все эти детали обращали внимание понятые и также фиксировали обстоятельства в протоколах. К сожалению, нет универсального совета, как вообще избегать автомобилистам подобных неприятностей», — заключил эксперт.

Источник: https://www.gazeta.ru/auto/2016/03/18_a_8130929.shtml

Президент велел ужесточить наказания за

Я не сидел за рулем,  меня лишают за пьянку

С пьяными за рулем в Беларуси борются давно. Вопрос — насколько эффективно. Мерить ту самую эффективность можно цифрами: да, введение конфискации и жесткая позиция ГАИ в отношении пьяных привели к снижению числа аварий по вине пьяных водителей. Но если из-за них все равно погибают люди, то — простите, законотворцы и исполнители, — всё это не работает.

На днях президент в очередной раз предложил ужесточить законы для пьяных водителей. Был, как обычно, резок и бескомпромиссен:

— …Если ты пьяный сел за руль. У нас первый раз сел — ничего. Второй раз — пожурим. В третий — отберем автомобиль. Задержали тебя в пьяном виде — никакого автомобиля и пожизненно тебя лишают соответствующих прав на управление транспортом!.. Жестоко, может быть.

Но посмотрите на тех, кто погиб на дорогах. На их родственников. А если убили твоего ребенка? А мы, как мыши под вениками, прячемся и начинаем рассуждать, запретить ли продавать в каком-то углу алкоголь. В одном запретим — в другом купят. Должна быть соответствующая жестокая мера ответственности.

И с этой точки зрения я жду предложений.

Как белорусских пьяных водителей наказывают сейчас?

Если ты попался впервые — получаешь штраф в 50−100 базовых (1225 — 2450 рублей) и 3 года лишения.

Если второй раз в течение года — наступает уголовная ответственность: конфискация авто, в том числе не принадлежащего самому пьяному водителю, лишение прав уже на 5 лет с исправительными работами на срок до двух лет, арестом либо ограничением свободы и штрафом до 1000 базовых (24 500 рублей), а в ряде случаев — лишение свободы до двух лет.

Иван Яриванович

В МВД говорят, что эти меры оправдывают себя. В прошлом году (по сравнению с 2016-м) количество выявленных пьяных водителей снизилось на 10,5% (в фактических цифрах — на 2768 случаев, с 26 428 до 23 660). Впервые в прошлом году попались 22 516 человек, до «уголовки» доездились 1144 водителя.

Предпринимаемые государством меры способствовали снижению в 2017 году в Беларуси и количества «пьяных» ДТП — их по сравнению с 2016-м было на 37 меньше, но вот погибли в них почти столько же — на совести пьяных водителей 83 жертвы (меньше лишь на 1 человека, чем в 2016-м).

Согласитесь, цифры вроде бы и демонстрируют некую эффективность предыдущих ужесточений, но… 83 человека погибают — и никакие штрафы, лишения и конфискации не пугают их «убийц»!

Что еще можно попробовать?

Пока силовики свои предложения только готовят, давайте попробуем предположить, как еще можно ужесточить наше недостаточно жесткое законодательство. Расстреливать пьяных водителей или вешать, отрубать руки или ноги, как порой эмоционально требуют на форумах TALKS.

BY пользователи, конечно, не выход. Мы все же живем в правовом государстве. Но если законы, которые работают в этом государстве, не могут защитить его граждан от риска быть сбитыми на тротуарах, остановках и переходах, — значит, их нужно менять. Снова и снова.

Пока не станет страшно.

Вариант первый, президентский: конфискация автомобиля и пожизненное лишение прав после первого же задержания пьяным за рулем

Сработает?

На 100% — вряд ли. Плюс — требует однозначной дифференциации состояния алкогольного опьянения. Мы не творим законы и не являемся специалистами в наркологии, поэтому можем прикинуть грубо: например, такую жесткую меру можно применять к тем, кто осознанно сел за руль пьяным — в крови не менее 1 промилле (условно).

Почему? Во-первых, мы не можем вспомнить случаев, когда виновниками смертельных ДТП были водители с уровнем алкоголя в крови менее одного промилле, во-вторых, условные 0,3 — это чаще всего вчерашнее «чуть-чуть не подрассчитал», когда водитель, вцепившись в руль, крадется до работы, а не «свежая» и наглая пьянка. Даже сотрудники ГАИ, вынося решение о размере штрафа за пьянку в пределах «вилки» 50−100 базовых, принимают во внимание в том числе и степень опьянения: разумно, если «утренний» невезучий нарушитель с 0,32 промилле получит меньше, чем наглый ночной гонщик со своими уверенными 2,8.

К сожалению, в открытом доступе нет статистики, какое количество чужих автомобилей было конфисковано за пьянки по ныне действующему законодательству в 2017 году, но в предыдущем из 465 транспортных средств, конфискованных у пьяных, 76 принадлежали реально чужим людям и юрлицу. Немало.

«Я не знал, что друг Петя без прав и уже был осужден за пьяное вождение», — потом причитают лишившиеся своих машин ни в чем, по большому счету, не виноватые автовладельцы.

Но если риск остаться без машины будет постоянным и очень реальным — можно предположить, что ни один разумный человек никогда не даст свое авто ни другу Пете, ни даже любящей выпить пару бокалов с подружками жене. И за своими ключами все тоже сразу, поверьте, станут следить.

Для того же, чтобы реально работало пожизненное лишение прав, надо одновременно с ужесточением за «пьянку» что-то делать с лояльным пока наказанием за езду без прав — его пока ужесточили лишь для бесправников-повторников.

Вариант второй — уголовная ответственность

Да, сразу — за первое же задержание пьяным за рулем. С лишением прав, конечно, — да хотя бы на те самые три года. Сама боязнь попасть под «уголовку» может остановить тех, кто понимает: с таким багажом в биографии можно забыть о многих карьерных перспективах.

А если санкции соответствующей статьи будут предусматривать только реальное лишение свободы — пусть даже в условиях поселения — тоже радости мало: там, говорят, не очень.

Зато убиваем сразу двух зайцев: и профилактически пугаем потенциального пьяного водителя, и реально лишаем возможности на какое-то время сесть за руль уже наказанного за пьянку.

Вариант третий, тоже ограничивающий свободу пьяных водителей

Можно оставить наказания для пьяных водителей в административной плоскости — но бессмысленный (позже объясним почему) огромный штраф, например, заменить арестом. Сразу же — после первого же задержания.

Реального лишения свободы, повторим, разумные белорусы пока еще боятся, и мы снова же убиваем тех же двух зайцев: и профилактически пугаем потенциального пьяного водителя, и реально лишаем возможности на какое-то время сесть за руль уже наказанного за пьянку.

Три года лишения прав в таком случае стоит оставить.

Вариант четвертый, самый лояльный и бесполезный

Можно для впервые попавшихся не выдумывать ничего нового, а просто увеличить штраф и сроки лишения.

Только знаете что? Это не работает сегодня, не будет работать и потом: штрафы те, у кого нет лишних денег, не платят и сейчас, а у кого они есть — платят и не замечают удара по бюджету, лишенцы на три года же как садились за руль под угрозой заплатить смешных пять базовых, так и будут садиться — но уже лишенцами, например, на пять лет.

Что думают люди?

Несколько лет назад мы спрашивали пользователей AUTO.TUT.BY, что, по их мнению, могло бы реально помочь в борьбе с пьяными водителями. И вот что вы тогда ответили.

Ответьте и сегодня — вдруг ваше мнение изменилось. Опрос под текстом.

Как борются с пьяными водителями за рубежом

Например, в Дании водитель, попавшийся за рулем пьяным с показателями от 0,5 до 2 промилле алкоголя, ранее платил штраф в размере своего месячного оклада, умноженного на цифровое значение промилле.

Если содержание алкоголя в крови превышало 2 промилле, помимо штрафа и лишения прав водитель отправлялся в тюрьму на 20 дней.

Если же один и тот же человек трижды останавливался за езду в нетрезвом виде в течение трех лет (вне зависимости от цифровых показателей промилле), ему грозила конфискация автомобиля и тюремное заключение сроком до 10 лет. В 2014 году датские власти приняли решение о конфискации авто уже после первого задержания нетрезвым за рулем.

В Германии и США существует градация наказания пьяных водителей в зависимости от их стажа и возраста. Так, в Германии молодые люди не старше 21 года, а также начинающие автомобилисты, могут ездить за рулем только с 0,1 промилле в крови. Если у них нашли от 0,1 до 0,51 промилле, наказание в таком случае составит 250 евро.

Далее для всех автомобилистов штрафы одинаковые: от 0,51 до 1,14 промилле — при первом нарушении 500 евро и месяц лишения прав, при втором нарушении тысяча евро и три месяца лишения прав, при третьем нарушении — 1500 евро и три месяца лишения.

Если же у автомобилиста было обнаружено более 1,14 промилле в крови, то дело о таком нарушителе передается в суд, который определяет размер наказания в конкретном случае.

Помимо этого, водителя лишают прав на срок до шести месяцев с возможностью вернуть их после получения специального разрешения от психолога.

На получение положительного заключения могут уйти годы, а некоторым водителям возврат прав может обойтись в сумму до 15 тысяч евро.

Помимо прочего, пьяницам за рулем в Германии даже за минимальное превышение содержания алкоголя назначают два штрафных балла. За 8 баллов прав лишают, а для их возвращения необходимо заново сдавать экзамены на знание ПДД.

Особой рьяностью в борьбе с нетрезвым вождением отличаются японцы. Именно в Японии был выписан самый крупный в истории штраф любителю пьяной езды — 2,5 миллиона долларов за ДТП, в котором пострадали другие люди.

Допустимая норма содержания алкоголя в крови водителя, который ездит в Японии, — от 0,3 до 0,79 промилле.

Минимальное наказание за нетрезвое вождение в Японии — до трех лет лишения свободы с исправительными работами или штраф около шести тысяч долларов.

Если же у водителя обнаружили в крови 0,8 промилле и более, то его ждет пять лет тюрьмы или около 12 тысяч долларов штрафа.

Если нетрезвый автомобилист попал в аварию и скрылся с места ДТП, наказание составляет 10 лет лишения свободы или 12 тысяч долларов.

Источник: https://auto.tut.by/news/road/583153.html

Гаи забирает права у парня, который говорит, что не ехал на машине

Я не сидел за рулем,  меня лишают за пьянку

“Мы сидели в машине и пиво пили. В Минске по улице Нестерова вдоль дороги. Ключи от машины и документ я оставил дома. Машина с места не двигалась, а у меня на три года забирают права”, ― рассказывает свою автомобильную историю водитель погрузчика ВладимирМакаревич, который приехал работать в столицу из Житковичского района.

Еврорадио: Так почему в машине пиво пили? Или рассказывайте точно, или не рассказывайте вовсе.

Владимир Макаревич: “На улице как бы нельзя ― общественное место. А дома люди спали, время было позднее, около часа ночи. Ключ от машины и документы умышленно оставил в квартире. Был только ключ от двери, как это предусмотрено в “Жигулях”. Так в машине сидели я, девушка и два друга.

Все ― мои земляки. Было около часа ночи. Тут подъехала машина ГАИ, с мигалками. Нас вытащили за руки, сразу все перетрясли: заглядывали в бардачок, под коврики, в багажник. Обыскали всех людей. Но меня все равно повезли на экспертизу, показало около 0,8 промилле.

Оно и понятно: я выпил около литра пива, может, полтора.

Та самая машина “Жигули”, в которой молодые люди пили пиво

Затем повезли в РУВД Заводского района, сказали: “Переночуешь там”. Они мне по дороге утверждали: “Ты ехал за рулем пьяный”. Я говорил, что ехать не ехал. Машина была заглушена, мотор холодный, ключей даже не было.

Давали по дороге подписывать протокол, сказали: “Не бойся, будет не больше 50 тысяч штрафа”. Я попросил, чтобы включили свет, а в том протоколе было написано, что я в состоянии алкогольного опьянения двигался по такой-то улице. Я сказал, что подписывать не буду, они разозлились. Завели в здание РУВД. Сказали, что будет плохо. Тогда я попросился в туалет, ответили: “Сходишь под себя”.

Но в РУВД меня не оставили: приехали мои друзья на такси и стали писать жалобу, отдали в дежурную часть, чтобы зарегистрировали. Но зарегистрировали ли ее, мы не знаем. Им кто-то сказал, что идет начальник. Дежурный какой-то взял документ, который они написали, и сказал на гаишников: “Молитесь”.

Еврорадио: Что было дальше?

Владимир Макаревич: “Меня вывели на двор. Таксисту сказали, что будут проблемы, если за ними поедет. Тот отказался возить моих друзей.

Меня же доставили назад на Нестерова к “Жигулям”, вызвали эвакуатор, машину потянули на штрафстоянку. Всякими словами говорили, что можешь попрощаться с правами и машину не увидишь.

Я сидел и молчал, испугался, потому что в таких ситуациях никогда не бывал. На меня еще говорили: “Как партизан, сидишь молчишь, нам такие нужны”.

На штрафстоянке спросили, буду ли я что-нибудь из машины забирать. Позднее отвезли в район овощебазы, что за МКАДом, и высадили. При этом не оставили никаких бумаг, никаких копий. Ни номера, куда обращаться, ни данных своих. Запомнил я только то, что номер на милицейской машине было 675.

За шрафстоянку я заплатил 210 тысяч и плюс 750 за эвакуатор”.

ГАИ: “Запись на видеорегистраторе не сохранилась, ключи не нашли, главное доказательство ― показания сотрудников ГАИ”

Рассказ Владимира Макаревича выглядит неоднозначным. Был ряд случаев, когда автолюбители после залета умышленно жаловались на сотрудников ГАИ и предоставляли недостоверные сведения.

Хотя выяснить всю правду сегодня, казалось бы, просто. На машинах Госавтоинспекции установлены видеорегистраторы, поэтому доказать виновность пьяных водителей стало еще проще. Если есть видео того, как Владимир Макаревич управляет машиной перед задержанием, то и вопрос по его виновности однозначен.

Поэтому обращаемся в милицию насчет случая с участием этого водителя. Нас связывают с начальником ГАИ Заводского района Виталием Лиштваном.

Виталий Лиштван: “Все просто, управлял он машиной в нетрезвом состоянии, и два моих сотрудника задержали его. У него был резкий запах алкоголя из ротовой полости, его повезли на медицинское освидетельствование.

Показало алкогольное опьянение. Они оформили его. Обычный материал. А то, что он не согласен, так каждый пятый ― не согласен.

Во время беседы он просил его не оформлять, потому что работает на погрузчике, и потеря водительского удостоверения повлечет за собой потерю работы”.

Еврорадио: Получается, если он нетрезвым управлял машиной, то сейчас на штрафтоянке есть ключи от “Жигулей”.

Виталий Лиштван: “Ключи, во-первых, можно выбросить, можно спрятать. Во-вторых, термин “управление” предполагает изменение первоначального положения автомобиля путем воздействия на рычаги управления.

То есть, например, машина стоит под уклоном, водитель выжимает сцепление ― и машина покатилась. Это есть управление. И уже надо оформлять. Но в данной ситуации он ехал, развернулся и подъехал к двум парням и девушке, которые к нему сели. Все происходило на глазах у инспекторов.

Поэтому речь идет не о 30 сантиметрах, если вы об этом подумали. А обратившись к вам, он может говорить все что угодно”.

Просим Виталия Лиштвана поинтересоваться видеозаписью с регистратора, который зафиксировал бы управление транспортным средством. Перезваниваем начальнику ГАИ через несколько часов.

Виталий Лиштван: “У инспекторов запись не сохранилась, на него наложилась другая, потому что пишется по кругу. Понимаете… На этой машине и другие сотрудники тоже работают. Подчиненные мне объяснили, что он был с девушкой. А два парня ходили за спиртным.

Они были даже не знакомы, а лишь бы кто. Он попросил сотрудников, чтобы этих людей вывели из автомашины. А ключи он спрятал, и их не смогли найти. Они однозначно видели, как он управлял.

Он работает на погрузчике и сказал, что сделает все возможное, чтобы его не привлекли к ответственности, потому что потеряет работу”.

Еврорадио: Виталий Александрович, а все же почему не сохранилась видеозапись? Новые видеорегистраторы пишут в течение продолжительного времени. Новая техника и нужна для того, чтобы четко доказать виновность нарушителя.

Виталий Лиштван: “У видеорегистратора стоит 16-гиговая флешка. Ее хватает на восемь часов работы, на одну смену сотруднику. На этой же машине закреплены еще два или три человека. Те ситуации, которые инспектору необходимы, ― он их сохраняет. А если ничего такого значительного не происходит, то запись накладывается, понимаете меня…”

Еврорадио: Виталий Александрович, у нас нет цели оправдать этого водителя. Но нет ни ключей, ни видеозаписи. На чем в данной ситуации основана его виновность? Только на версии сотрудников ГАИ?

Виталий Лиштван: “Собранными материалами. Вы поймите, что сотрудник не имеет права составить протокол по каким-то необоснованным доводам.

И в таких ситуациях инспектор должен быть однозначно уверенным, он должен видеть все сам или основываться на каких-то показаниях свидетелей. В данном случае эти инспекторы свидетелями и выступают.

Есть протокол опроса, где они подписываются и предупреждены, что существует ответственность за дачу лживых показаний. В материалах об этом есть. То есть доказательной базы достаточно. Если не верить сотруднику, то оспорить можно все что угодно.

У меня не возникает никаких сомнений. За 20 лет работы я не раз уже сталкивался с гражданами, которые пытаются уйти от ответственности всеми способами. Для меня здесь ситуация однозначная, и этот человек будет наказан”.

Права Владимира Макаревича пока при нем

Эксперт в сфере ПДД: “Если автомобиль не двигается, то и управления нет”

Проанализировав обе версии, обращаемся к независимому эксперту в сфере правил дорожного движения Александру Коноплицкому.

Александр Коноплицкий: “Сложно делать выводы, не познакомившись с материалами. У каждого своя правда. Но по моему опыту, такой случай для ГАИ ― стандартная ситуация. Раз ты пьешь в машине ― ты управлял в нетрезвом состоянии. Хотя здесь не все так однозначно.

Если человек просто сидел в машине и пил, не двигался, то ему грозит только протокол за распитие спиртных напитков в общественном месте. Они могли даже сидеть в заведенном автомобиле и не двигаться с места. Должен быть факт управления, то есть перемещения этого транспортного средства. А если этого не было, то не важно, где сидит человек ― на переднем сидении, на заднем, на водительском.

Правила четко трактуют, что управление ― это смена положения транспортного средства относительно первоначального”.

Еврорадио: Часто ли возникают спорные ситуации?

Александр Коноплицкий: “К сожалению, часто. Бывали и такие тягомотины: человек пробил колесо, друг поехал за новым. Машина на домкрате. Зима, холодно, двигатель заведен.

А человек сидит в машине и пьет. Подъезжает ГАИ: “Ты управлял, ты пил”. Тот в ответ: “А как же я без колеса поеду?”.

И человека привлекали к ответственности за управление автомобилем в нетрезвом состоянии, приходилось с такой ситуацией разбираться.

Были случаи, когда протоколы выглядели так, будто бы их составили, не выходя из кабинета. Нет ни подписи человека, ничего. И лишили прав на три года. Человек обращался ко мне, к адвокатам. И долго мы там воевали, но добивались справедливости”.

P.S.  Пьянство за рулем ― безусловная проблема, угрожающая жизни каждого белорусы. В зоне риска все ― и мы, и наши близкие. Другое дело, что виновность нарушителя должна быть доказана обоснованно. Все же живем в XXI веке, и элементарные средства записи доступны на каждом шагу.

Если же единственное доказательство ― это вызывающие сомнения показания милиционеров или свидетелей, то выходит, что и речи о стопроцентной законности нет. Принимать за правду только слова инспектора ГАИ также неправильно. Ведь везде могут быть недобросовестные сотрудники.

Теоретически ситуация такова, что обвинить в пьянке возможно любого человека, имеющего машину.

Что касается этой истории, надеемся, правоохранительные органы основательно разберутся в ситуации.

Источник: https://euroradio.fm/ru/gai-zabiraet-prava-u-parnya-kotoryy-govorit-chto-ne-ehal-na-mashine

Пьяный за рулем: когда водитель не несет административную ответственность

Я не сидел за рулем,  меня лишают за пьянку

Приближаются новогодние праздники, и у многих повышается не только настроение, но и градусы в бокале. Среди веселых отмечающих нередко встречаются и автомобилисты.

О том, что водить машину в нетрезвом состоянии ни в коем случае нельзя и за это, как и за отказ от медицинского освидетельствования можно лишиться водительских прав на два года (ст. 12.8, ст. 12.26 КоАП РФ), знают все.

Но будет ли нетрезвый водитель нести ответственность, если ему потребовалось что-то отремонтировать или, скажем, прогреть двигатель в припаркованном транспортном средстве? ВС РФ дал ответ на этот вопрос.

Ремонту – да, вождению – нет 

6 августа 2014 года возле одного из домов жилого района г. Нижний Тагил О. ремонтировал автомобиль. Он заводил двигатель и газовал, мешая отдыхать своим соседям К., Б. и Г.

Те попросили его прекратить работу, но автолюбитель просьбам не внял и продолжил ремонтировать машину. Поэтому жителям пришлось вызвать инспекторов ГИБДД, тем более что О.

, по их мнению, находился в состоянии алкогольного опьянения.

Прибывшим на место сотрудникам полиции К., Б. и Г. рассказали, что они видели, как сосед, от которого пахло алкоголем, залез в кабину автомобиля, завел его и начал двигаться задним ходом, а затем, проехав около пяти метров, остановился и, не выключая двигатель, вышел из машины.

Инспекторы обратили внимание на исходящий изо рта О. запах алкоголя, неустойчивость его позы и нарушение речи и предложили ему пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Несмотря на то, что по общему правилу водитель обязан выполнить данное требование (п. 2.3.2 ПДД), О.

отказался это делать. По данному факту полицейские составили протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.

26 КоАП РФ (“Невыполнение водителем транспортного средства требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения”), но и его водитель подписывать не стал.

О том, будет ли выплачено страховое возмещение, если ДТП совершено в состоянии опьянения, читайте в Энциклопедии судебной практики интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

Дело было направлено в суд, где О. настаивал на том, что не обязан был проходить освидетельствование – он не управлял и не мог управлять автомобилем, так как тот был неисправен.

В доказательство этого в суд была представлена копия договора возмездного оказания услуг (демонтажа, ремонта, установки и диагностики корзины сцепления), заключенного собственником машины П.

Согласно акту приема-передачи от 5 августа 2014 года исполнитель демонтировал корзину сцепления, завершив ремонтные работы лишь 8 августа 2014 года, что подтверждается актом сдачи-приемки работ. Собственник транспортного средства П. подтвердил, что в течение 6 августа 2014 года автомобиль был не на ходу.

Он также уточнил, что машина оборудована системой ГЛОНАСС, и согласно запрошенным сведениям по движению и расходу топлива за 6 августа 2014 года, в указанный день движение на автомобиле не осуществлялось, а расход топлива отсутствовал.

Однако мировой судья не принял данную выписку статистики во внимание, сославшись на то, что она вызывает сомнение: во-первых, не был представлен соответствующий договор собственника машины с компанией, осуществляющей спутниковое слежение, а, во-вторых, те несколько метров, которые проехал автомобиль, могли и не зафиксироваться в данных спутникового слежения. Суд также не нашел оснований не согласиться с показаниями свидетелей и сотрудников ГИБДД. В результате О. был оштрафован на 30 тыс. руб. и лишен водительских прав на полтора года (постановление мирового судьи судебного участка № 5 Дзержинского судебного района г. Нижнего Тагила Свердловской области от 24 ноября 2014 г.).

Тем не менее, автолюбитель был категорически не согласен с вердиктом, поскольку, по его мнению, гражданин, ремонтирующий стоящий автомобиль, проходить медицинское освидетельствование не обязан. О.

обжаловал вынесенное в отношении него постановление в апелляционной и кассационной инстанциях, но это не дало никаких результатов – судебный акт обе инстанции оставили без изменения (решение судьи Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 17 марта 2015 г.

по делу № 12-32/2015, постановление заместителя председателя Свердловского областного суда от 19 июня 2015 г. по делу № 4А-450/2015).

Сочтя позицию судов необоснованной, О. решил обратиться в ВС РФ.

Первое, на что обратил внимание Суд, – субъектом административного правонарушения по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в совершении которого обвиняется О., является водитель, то есть лицо, управляющее транспортным средством.

О том, что О. являлся водителем автомобиля и управлял им, говорится в письменных объяснениях и показаниях К., Б. и Г. Инспекторы ГИБДД пояснили, что О. был в рабочей одежде и ремонтировал машину, однако очевидцами факта управления им автомобилем они не были – о том, что он осуществлял движение, им стало известно со слов свидетелей.

При этом сам О. утверждал, что отказался от прохождения медицинского освидетельствования, так как не управлял транспортным средством – автомобиль был неисправен, а при снятой и находящейся на ремонте корзине сцепления у него не было возможности осуществлять на нем движение.

ВС РФ дал также оценку представленной выписке статистики работы автопарка – вывод мирового судьи о том, что она не может быть доказательством по делу, был признан необоснованным, так как соответствующий документ подписан директором общества и скреплен печатью “Для документов”, и следовательно является надлежаще заверенным.

При этом рапорт одного из инспекторов ГИБДД и его показания, данные в ходе судебного разбирательства, как отметил ВС РФ, содержат противоречия относительно транспортабельности автомобиля.

В суде сотрудник полиции подтвердил факт управления О.

автомобилем, тогда как при составлении рапорта он же указал, что машина не транспортабельна, в связи с чем она не была помещена на специализированную стоянку.

Доводы о том, что из-за технической неисправности транспортного средства осуществлять на нем движение было невозможно, информация о том, что коробка сцепления находилась 6 августа 2014 года на ремонте, а также данные системы ГЛОНАСС в ходе производства по делу никем опровергнуты не были. Это позволило ВС РФ сделать вывод о сомнительности доказательств, ставших основой вывода о виновности О.

Суд также напомнил, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, и неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в его пользу (ч. 1, ч. 4 ст. 1.

5 КоАП РФ). А однозначный вывод о том, что О. управлял транспортным средством и, следовательно, является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, на основании представленных доказательств сделать нельзя.

В результате судебные акты, вынесенные в отношении О. нижестоящими судами, были отменены, а производство по делу об административном правонарушении – прекращено (Постановление ВС РФ от 27 ноября 2015 г. № 45-АД15-8). 

СОВЕТ

Доказать, что машина не двигалась с места, можно с помощью GPS/GPRS-трекера с функцией памяти. Специальный модуль, установленный в машине, регистрирует маршруты движения автомобиля.

При этом каждая поездка фиксируется устройством и при необходимости данные о перемещениях машины могут быть скопированы на компьютер.

Пользователь может получить необходимую информацию при помощи клиентской части программного обеспечения или прямо через браузер, используя WEB-интерфейс системы. Средняя стоимость такого трекера составляет около 7-9 тыс. руб.

Доказать, что автомобиль в тот или иной момент был неподвижен, можно также с помощью свидетелей. 

Кроме того, в составленном сотрудниками ГИБДД протоколе об административном правонарушении следует сделать отметку о несогласии с предъявленным обвинением.

Таким образом, даже если автомобилист выпил, он может и ремонтировать автомобиль, и прогревать в нем двигатель – главное, чтобы транспортное средство не трогалось с места.

Более того, преподаватель Западного филиала Российской Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Ирина Климаева уточняет, что если водитель никуда не едет, то ему даже не обязательно иметь при себе документы.

“Законодательством подобных обязательных требований не установлено”, – отмечает она.

В любом случае, как бы ни было сильно желание подлатать своего “железного коня”, не стоит шуметь и нарушать порядок, забывая о соседях, которые тоже имеют право на хорошее настроение в праздничные дни (ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, ст. 3.13 Закона г. Москвы от 21 ноября 2007 г. № 45 “Кодекс города Москвы об административных правонарушениях” и др.).

Источник: http://www.garant.ru/article/687972/

Округ закона
Добавить комментарий