Как подать в суд на ветеринарного врача, из за которого погибла наша кошка?

Обвиняю врача!

Как подать в суд на ветеринарного врача, из за которого погибла наша кошка?

Каждый, у кого есть или был четвероногий любимец, знает: этот хвостатый-усатый является стопроцентным членом семьи. Его так же любят и лелеют, самого младшего и любимого, как сына, дочку, внука, внучку. Не меньше! Поэтому боль от потери питомца бывает такой же жгучей и нестерпимой. А обида на человека, который погубил любимое существо – такой же непримиримой, глубокой и саднящей.

Наш читатель не стал глотать обиду, а подал на ветеринара в суд.
– Прошу вас, напишите об этом, не откажите мне! – почти кричала в трубку редакционного телефона Инна. У Инны стряслась беда – умерла любимая собачка.

Причем не из-за старости или несчастного случая. Ее погубил ветеринар. Да-да, именно так, именно этим словом воспользовалась Инна, когда рассказывала про несчастье. И теперь она хочет только одного: чтобы ту боль, которую она сейчас испытывает, больше никто не испытал.

Вопрос только в одном: как это сделать? Инна не придумала ничего действеннее, как оповестить общественность о своей истории посредством нашей газеты. «МК-Латвия» пошла ей навстречу, рассказ Инны о щенке, его болезни и неверно оказанной помощи был опубликован.

Читатели прочитали, поохали, взяли информацию на заметку.

Казалось бы, на этом в истории можно поставить точку. Ведь та врач и та клиника, которые, по мнению Инны, виновны в смерти щенка, по-прежнему работают и продолжают принимать четвероногих пациентов…

Однако через некоторое время после публикации письма в редакцию обратился еще один читатель – Вадим. Он – первый в Латвии человек, который подал в суд на ветеринара. Его Зевса в 2007 году, по мнению Вадима, погубили в той же клинике, в которой умер щенок Инны.

И Вадим полон решимости помочь Инне доказать через суд вину врача.

Жил-был пес
Жил да был смешной йоркширский терьер с величавой и чуточку грозной кличкой Зевс. В полтора года этот щенок занемог. Сначала у него пропало желание играть. Затем исчез аппетит.

Заботливому хозяину Вадиму такое поведение Зевса совсем не понравилось, поэтому он взял его под теплое брюшко и повез в ветеринарную клинику.

Рассказывая свою историю, Вадим не может удержаться от эмоций и называет лечащего врача, который взялся лечить его щенка – убийцей.

А когда ваш автор наивно призвала Вадима к более сдержанным эмоциям, он прервал свое повествование и сказал, что сейчас докажет, что имеет полное право на эти эмоции.

Вадим предоставил десятки ссылок на рассказы других людей, чьи животные пострадали в той же клинике и от рук того же врача, что и Зевс, что и собака Ирины.

Почти все люди, написавшие на сайте «Антиреклама» свои рассказы, в выражениях не стесняются.

…Итак, жил-был пес, которого привезли в клинику «Кавет». Зевса осмотрела доктор Наталия. Она сказала, что щенок подхватил какой-то вирус, и поставила ему капельницу с антибиотиком. По словам Вадима, у собаки тут началось учащенное дыхание и сердцебиение.

– Я обратил внимание Натальи на самочувствие Зевса и задал вопрос, какое лекарство было введено моей собаке, и получил ответ: антибиотик четвертого поколения.

Что касается стремительно ухудшающегося здоровья Зевса, то на это Наталья не обратила никакого внимания и ничего не сделала для того, чтобы изменить ситуацию, – рассказывает Вадим.

– «С вас 20 латов! Можете ехать домой, все в порядке» – вот те слова, которые сказал мне ветеринар, смотря на Зевса, у которого резко ухудшилось состояние здоровья. Я поверил врачу, взял Зевса на руки и понес к машине. По дороге я думал о том, какой странный метод лечения выбрала доктор.

По образованию я биолог и точно знаю: вирусы антибиотиками не лечат! До сих пор не могу себя простить за то, что поинтересовался у врача, какое лекарство она вводит не перед капельницей, а после нее. Потому что, глядя на Зевса, мне стало ясно: у собаки наступил анафилактический шок.

Через два часа после приезда домой Вадим заметил, что собаке совсем худо: Зевс стал спотыкаться, падать, его дыхание еще более участилось. Поэтому он позвонил доктору и спросил, что ему следует делать сейчас, как помочь собаке. И получил ответ: «Дайте псу рвотное средство!»

– При чем здесь рвотное средство, ведь мой Зевс не отравился, в его желудке все было чисто, – негодует Вадим. – Зато в его крови находилось лекарство, которое и дало такой эффект.

И никаким рвотным средством его из крови не вычистишь! Поэтому я не стал ничего давать собаке. А еще через два часа у Зевса начались судороги. Я схватил собаку и повез его в клинику.

Но когда мы вошли, Зевс умер. Прямо на пороге.

Вадим пытается говорить ровно, без эмоций. Но по голосу чувствуется, что он словно чайник на большом огне, и его боль, хотя прошло столько лет, продолжает бурлить обжигающим кипятком.

Увидев Вадима и Зевса, ветеринар произнесла:– Ну и что вы привезли мне мертвую собаку?А чуть позже предложила заплатить для того, чтобы клиника сама «утилизировала» тело Зевса.«Это все, что я могу сделать!» – сказала доктор.

Вадим помнит события тех дней, будто они произошли вчера, – так болит душа по погибшему щеночку. Он решил любой ценой остановить врача, заставить его уйти из профессии, пока он не погубил еще чью-то жизнь. И он начал борьбу.

Прежде всего, он заглянул в справочник по лекарственным препаратам и прочел сведения о введенном Зевсу антибиотике. Информация четко гласила: этот антибиотик обладает побочным эффектом, а именно: он может вызвать анафилактический шок! Ветеринар, по мнению Вадима, совершила три ошибки.

Первая: неправильно установила диагноз и, как следствие, совершила вторую ошибку: выбрала неверный метод лечения.

Ну и третья, роковая ошибка заключалась в том, что доктор проигнорировала анафилактический шок у собаки, не поспешила помочь! Ведь если в противопоказаниях к лекарству написано «может вызвать анафилактический шок», значит, у ветеринара должен быть наготове шприц с медикаментом, который блокирует этот шок! И такого пациента нельзя отпускать домой!

А еще Вадим утверждает, что если бы доктор спросила его – как хозяина – готов ли он пойти на такой риск и разрешить ввести собаке препарат, который может вызвать анафилактический шок, то он категорически запретил это делать!

Суд длился шесть часов
– Я обратился в Сельскохозяйственный институт в Елгаве, в котором есть ветеринарная академия, и попросил сделать вскрытие моей собаке. Вывод: собака умерла от паралича дыхания.

После этого я подал заявление на доктора Наталью в Латвийское ветеринарное общество. Ветеринары из этого же общества написали, что, возможно, был проведен поверхностный осмотр моей собаки и вследствие этого ей было назначено неверное лечение. Ну а дальше был суд.

Заседание суда длилось целых шесть часов. Суд долго выслушивал обе стороны, рассматривал доказательства, вникал во все нюансы и наконец вынес решение: ветеринар нарушила все, что только можно, и полностью виновата в смерти собаки.

А Вадиму суд назначил компенсацию в размере двух с половиной тысяч латов.

– Поймите меня правильно: мне не деньги были важны! Мне было важно, что Наталью посчитали виновной и запретили ей заниматься лечением животных, – говорит Вадим. – Однако я рано радовался. Клиника подала апелляцию, состоялось новое заседание суда и в этот раз оно оказалось не в мою пользу.

Я был крайне удивлен и огорчен, и, как показала жизнь, не напрасно. Сейчас я читаю «МК-Латвию» и вижу, что в этой же клинике погубили щенка вашей читательницы. Я готов рассказать Ирине, как обратиться с суд и как бороться. Авось ей повезет больше, чем мне… А у меня сейчас есть новая собака – отрада моей жизни.

И теперь я уж буду тщательно узнавать все о ветеринаре, который станет ее лечить.

Напомним читателям, которые, возможно, пропустили письмо Ирины, что за беда случилась у нее.

Мою собаку не смогли спасти

Я хочу рассказать о бездействии врачей ветеринарной клиники. Это последнее, что я могу сделать для своего щенка, который недавно умер мучительной смертью по вине ветеринара. Началось все с того, что наш 10-месячный щенок стал покашливать. Хочу обратить внимание на то, что температуры у щенка не было.

В клинике ему поставили диагноз «трахеит» и поставили систему с антибиотиком. На следующий день назначали повторный визит. И хотя на следующий день стало лучше, мы, выполняя рекомендации врача, все-таки заехали в клинику.

Щенку вновь измерили температуру, вновь удостоверились, что ее нет, и вновь назначили капельницу с антибиотиком. Плюс сделал укол в мышцу. Так как мы были на приеме поздно вечером, то доктор торопился быстрее все закончить.

По дороге домой я заметила, что у моей собаки учащенное сердцебиение. Потом началась одышка, и собака стала задыхаться. Моя подруга – врач-кардиолог, сказала, что это симптомы отека легких и нужно капать мочегонное, иначе сердце не справится.

А если не дать мочегонного после капельницы, то собака умрет. Мы снова поехали в клинику, доктор снова померила температуру (она повысилась), послушала легкие собаки (там было слышно бульканье), но поставила капельницу с анальгином от температуры. Собака стала задыхаться, но нас с ней отправили домой.

И в машине мой 10-месячный щенок стал задыхаться и умер.

Вскрытие подтвердило, что у него был отек легких, вызванный сердечной недостаточностью и анафилактическим шоком, который возник после введения первой капельницы.

А если бы моей собаке поставили правильный диагноз и назначили соответствующее лечение, то она осталась бы жива. Тем более обидно, что мы знали диагноз и знали, что надо делать. Но ветеринар нас не послушала. Любящего и любимого щенка уже не вернуть и не заменить.

Но я хочу, чтобы другие хозяева собак никогда не испытывали такого же горя, что и мы.
Инна Пикта.???

«Налицо личная неприязнь»?!
Руководство клиники считает, что врач ни в чем не виновата.

Источник: https://rus.timeline.lv/raksts/novosti/34831-obvinyayu-vracha

Минчанка: «В ветклинике в очереди кошка умерла, пока врач оперировал другое животное. Почему система такая безжалостная?»

Как подать в суд на ветеринарного врача, из за которого погибла наша кошка?

Читательница Onliner.by Ангелина стала свидетельницей печальной истории, пока ожидала в очереди к врачу в Минской городской ветеринарной станции на Минина, 4. Поздним вечером в будний день, с 22:00 до 23:00, в клинике дежурил только один врач.

Пока он был занят на сложной операции, кошка одной из женщин в очереди тяжело и медленно умирала. Ей никто не смог помочь. Ангелина не винит в сложившейся ситуации ни врача, ни остальной персонал ветстанции, но задается вопросом: почему система устроена так, что на весь город ночью дежурит только один ветеринар? Onliner.

by узнал мнение руководства Минской городской ветеринарной станции на этот счет.

«Поздно вечером 5 октября у нас возникла острая необходимость обратиться за помощью в ветклинику. Ситуация из разряда рядовых, — рассказывает Ангелина. — Но помощь нужна была срочная. До этого мы постоянно обращались в государственную клинику на Минина.

Она нас абсолютно устраивала: врачи знают свою работу и в их квалификации нет ни капли сомнений. Да и время уже было позднее, а клиника эта работает круглосуточно. Приехали мы около 22 часов, врач в это время был на операции. Оперировал собаку, у которой был перелом, ставили спицы. Операция сложная, под наркозом.

И пока мы ожидали до 23:00, я стала свидетелем ситуации, в которой может оказаться любой. Но при этом ситуации вопиющей». 

«Привезли кошку. Она задыхается. Девушка просит пропустить ее первой, потому что кошка может умереть. А врач один, он на операции, за закрытой на ключ дверью, — продолжает историю Ангелина. — Все ждут. В коридоре очередь. А кошка реально кричит и хрипит. Причем кричит таким страшным, горловым, отчаянным криком.

Периодически девушка пыталась достучаться до доктора в операционной. Но никто не выходил. Я могу понять и врача, он не может бросить разрезанную собаку под наркозом. Он один. Через некоторое время кошке стало настолько плохо, что ее хозяйка в панике ломилась в дверь операционной уже без стеснений, стучала ногой.

Кричала: „Помогите, пожалуйста! Кошка умирает!“ Но врач не выходил. Он не мог. А кошка уже реально прямо хрипела через раз. Она до этого орала на все помещение, а тут замолчала и просто через раз хрипела. Хозяйка в истерике. А кошка, уже понимая, что умирает, стала цепляться в руки, голову хозяйке еще отчаяннее.

Она расцарапала и хозяйке, и другой девушке, которая хотела помочь, все руки. Пол был закапан кровью. И все это длилось не одну минуту. Отчаянные крики хозяйки и мольбы о помощи. Кошка, хрипящая и дерущая всех в попытках выжить… Врач вышел. И сказал: „Я не могу ничего сделать. У меня собака на операционном столе. Я не могу ее бросить.

Чего вы ждете? Чего вы ждали? Везите кошку в другую клинику!“ А хозяйка понимает, что счет идет на минуты. Она молит врача: помогите, кошка умирает! А врач закрывает дверь со словами „Везите в другую клинику! Чего вы ждете?“ Еще минута — и кошка умирает. На руках у хозяйки. Девушка с разодранными руками падает в обморок. Хозяйка в страшной истерике.

Врач вышел, но уже поздно. А он как раз закончил. Но поздно. Он опоздал. Кошка умерла. Врач сказал: „Чего вы ждали?! Надо было везти в другую клинику“ В 11 вечера. А другая — на другом конце города, на Филимонова. И я позвонила туда. Поднял мужчина и сказал: мы до 10 работаем, и я на родах. Спасибо, до свидания.

То есть по факту — только одна работающая клиника. С одним врачом. И шестью животными в коридоре, трое из которых тяжело больны и нуждаются в экстренной помощи».

«Как сказал потом врач, кошка умерла, потому что ей три дня назад делали стерилизацию. В частной клинике. И делали под наркозом. А там перс. Врач сказал, что персам вообще запрещен наркоз. И у кошки пошла аллергическая реакция. Из-за наркоза развилась сердечная недостаточность. Получается, она задыхалась из-за аллергии. А сердце при этом работало на износ и просто не выдержало.

Скорее всего, даже если бы врач вышел на полчаса раньше — не спасли бы. Поздно хозяйка обратилась. Сердце уже долго отработало в усиленном режиме, и, скорее всего, кошка все равно умерла бы именно из-за сердца, — рассуждает Ангелина. — Но сам факт.

Сама ситуация! Вы просто прочувствуйте: хозяйка ногой стучит в дверь, кричит: „Помогите! Кошка умирает!“ А врач открывает дверь и говорит: „Я не могу! Я один, у меня операция!“ И закрывает дверь. И ты понимаешь, что он действительно не может. А у тебя на руках умирает беспомощное животное. И вот так может быть с каждым, необязательно с животным, с человеком. Потому что такая вот система.

Больных много — врач один. И он действительно не может! Я не берусь судить врача. Я понимаю, что он не мог бросить пса. Он не мог оставить собаку с распиленной костью и под наркозом без присмотра. Если бы собака умерла — это была бы его ошибка и вина. То есть он действительно не мог! Но у меня вопрос к системе: почему он работает один? Почему не продумана помощь на подобные случаи?..

Виновата ли хозяйка? Я не знаю. Она же, когда обращалась в частную клинику за услугой по стерилизации, обращалась к врачам, к специалистам! Мы же все по умолчанию доверяем врачам. И не сомневаемся в их компетентности. Разве могла хозяйка подумать, что они нанесут такой вред кошке? Почему не обратилась раньше за помощью — надеялась, что пройдет. Что что-то несерьезное.

Мы все такие, все так живем. У нас у всех всегда жива надежда на то, что пройдет само… Мой вывод: никто не виноват. Виновата система. Ужасно несовершенная. Мы по факту бессильны и беспомощны перед ней. Как та кошка. Мы исправно платим налоги. Ходим в школу, универ… Но в реальности наша жизнь зависит от внешних обстоятельств, над которыми мы не властны.

Наша жизнь, жизнь наших родных и близких — в руках чужих людей, которые имеют право на ошибку! Которые порой просто не могут разорваться! Потому что по системе положено: на шесть больных один врач. И если кто-то не успел — тот просто опоздал».

***

Все вопросы нашей читательницы мы переадресовали руководству Минской городской ветеринарной станции. Как всегда, причиной такого положения дел были названы мизерные бюджеты, которые просто не позволяют держать в штате второго дежурного специалиста в ночное время.

«Данная история — это просто редчайшее стечение неблагоприятных обстоятельств. Просто такой момент, когда врач делал операцию, а в это время понадобилась экстренная помощь другому животному.

Практика говорит о том, что если ночью оставить двух дежурных врачей, то они просто будут сидеть без работы и эффекта не будет никакого. Бывают ночи, когда не приходит ни один пациент.

Группа круглосуточной помощи нашей ветстанции находится на хозрасчете, то есть они сами зарабатывают деньги, они не содержатся за счет бюджета. То, что врачи заработают, то они и получат. Заработанные деньги идут на их содержание, медицинское оборудование и все остальное. На все нужны деньги.

Содержать двух человек просто экономически невыгодно. Для них недостаточно работы, и, следовательно, им нечем будет платить зарплату. Поэтому в ночное время, после 22:00, работает один врач, а днем — два врача и два санитара.

Ночная смена организована для тех животных, которых хозяева не смогли привезти днем на прием к ветеринару. Насколько мне известно, в ночное время в Минске также работает одна частная ветклиника», — ответил Onliner.by заместитель начальника Минской городской ветеринарной станции Владимир Радовский.

Источник: https://people.onliner.by/2015/10/08/v-gorodskoj-vetklinike

Халатность ветеринара. Что делать и как понять

Как подать в суд на ветеринарного врача, из за которого погибла наша кошка?

«В гибели собаки есть огромная часть моей вины, и я ее ни в коем случае не умаляю. Она начинается с выбора клиники», — рассказывает Елена Столбова из Брянской области.

Немецкая овчарка Елены — Ярик — умерла на операционном столе спустя три дня, после того как хозяйка обнаружила собаку с раздутым животом.

Елена поняла, что у питомца заворот желудка, требующий срочного хирургического вмешательства. Но живет женщина в области, а все опытные хирурги находятся в столице региона.

Постоянный врач Ярика отказался делать операцию, и «помощь» она получила в другой клинике Брянска.

«Прием у врача. Рассказываю — вечером все в порядке, с утра — раздут. Доктор сделала пальпацию. Говорит: “Чувствую опухоль — нужно УЗИ, это онкология”. Я спорю: “Какая онкология, у меня у собаки раздут газом желудок, на УЗИ ничего видно не будет, нужен рентген”. Прошу: сделайте операцию, потому что будет рецидив. Я из области. Не дай Бог, в следующий раз не успею приехать».

УЗИ и рентген, по словам врача, показали увеличенную селезенку и расширение желудка. Собаку оставили на дневном стационаре, но операцию решили не делать. В стационаре собаку снова «раздуло». Ей прокололи желудок через брюшную полость, вставили зонд и промыли.

«Когда забирали Ярика, я спросила, почему не оперировали, я же просила. На что мне ответили: что вы так волнуетесь, все хорошо, вон он веселый какой, прыгает», — вспоминает Елена.

Собаку забрали домой. Кормили диетическим кормом, давали лекарства. Спустя два дня — рецидив, высокая температура. У врача в клинике выходной, у другого, кто мог бы взяться за случай, — тоже. Мужу Елены пришлось везти собаку в государственную клинику, однако Ярик уже не мог встать. В клинике собака умерла при вводе катетера в вену.

«На посмертной лапаротомии был зафиксирован и перекрут желудка селезенкой, и разрыв короткой связки желудка, и прободение желудка около 4,5 см, и более 7 литров жидкости в брюшной полости. Собака погибла в результате токсического шока. И даже если бы была клиника, готовая прооперировать Ярика днем ранее, было уже поздно», — сетует Елена.

Елена вернулась в клинику, чтобы поговорить с ветеринаром, выяснить, что произошло. В клинике она получила наспех напечатанную историю болезни, и ответ от ветеринара: «Сделала все правильно, собака ушла из клиники на своих ногах, а остальное ее не волнует». И предложила искать справедливость в суде.

В зале суда ветеринар апеллировала к своему 20-летнему опыту и утверждала, что хозяйка не разбирается в ветеринарии. Суд привлек эксперта из Санкт-Петербурга, эксперт подтвердил, что у собаки был заворот желудка, и гибель животного наступила вследствие ненадлежащего оказания ветеринарных услуг, а именно при такой патологии врач был обязан провести операцию.

Я считаю, что это была преступная халатность. Изначально, возможно, ошибка в постановке диагноза, но затем — попросту отсутствие знанийЕлена Столбова

Увы, но описанный случай не уникален. Практически каждый владелец питомца либо сам сталкивался с плохой работой ветеринаров, либо слышал о такой.

Иногда подобные истории — огульные обвинения хозяев в качестве прикрытия собственного халатного отношения: виноват будет врач, даже если не вылечил смертельно больного питомца. Но сотни печальных историй имеют под собой реальные основания. Трагедия, как видно из случая Елены Столбовой, начинается с выбора клиники и врача.

Но уже тут у клиентов ветклиник начинаются сложности.

«Оценить профессионализм врача клиент практически не в состоянии. Пожалуй, стоит обращать внимание на квалификацию и развитие врача как специалиста: хороший ветеринар должен непрерывно совершенствовать знания — доказательством тому будут сертификаты и дипломы. Фото из операционной обязательны к просмотру.

Это даст информацию о соблюдении асептики и антисептики, — объясняет Анастасия Вольф, ветеринар. — А вот отзывы клиентов почти никогда не отражают фактической работы врачей. Я знаю одного очень хорошего специалиста, но регулярно слышу плохие отклики.

Это не значит, что он плохо лечит животных, но значит, что он, например, не доносит информацию до хозяев или не наладил с ними необходимый терапевтический контакт».

Нередко владельцы и их животные сталкиваются с некачественным лечением даже в крупных клиниках с репутацией. Это связано с большим потоком клиентов и с очень запущенными пациентами.

По словам Елены Столбовой, сначала она столкнулась с ошибкой, потом ошибка трансформировалась в халатность. Но для владельцев питомцев грань между ошибкой врача и халатностью очень тонка.

Понять, что ветеринар — прежде всего человек, способный на ошибку, сложно.

«Ошибки врача, к счастью, не всегда фатальны. Важно вовремя распознать ошибку и принять все меры для предупреждения повторения подобной ситуации. Если то же самое происходит во второй раз, это уже халатность. Что считать ошибкой? Приведу пример. Как-то раз я набрала препарат из флакона, не доставая его из коробки.

К счастью, это был антибиотик вместо противорвотного, и ничего страшного не случилось. Кто-то перепутал коробки. Больше никогда я не набираю препарат, не достав его из картона. На мой взгляд, это была ошибка, но без особых последствий, я в свою очередь провела “работу над ошибками”, — объясняет Анастасия Вольф.

 — Халатность же — это наплевательское отношение специалиста к своим обязанностям, которое несет за собой последствия для пациента. Например, человек оперирует в нестерильных перчатках и заносит инфекцию. Или неправильно хранит биоматериал до отправки в лабораторию, что может повлиять на достоверность исследования.

Или не потрудился проверить диагноз».

Ветеринар признает, что хозяевам животных отличить ошибку от халатности практически невозможно. Это может сделать только сторонний специалист.

Но клиенты могут потребовать, а ветеринара — обязать — предоставить всю информацию о возможных осложнениях и негативных исходах. Ветеринару это поможет (насколько возможно) избежать дальнейших обвинений, если вылечить питомца не удастся.

Владельцу — понять, какие существуют риски и какой может быть исход при неблагоприятном развитии болезни.

Самые частые ситуации, связанные с врачебной халатностью, заканчиваются двумя способами: либо хозяину животного приходится нести питомца в другую клинику, чтобы исправить огрехи первой, и разбираться, в чем была проблема, или смертью животного в связи с лечением. В обоих случаях владельцу важно обратиться в управление ветеринарии города или к стороннему специалисту-ветеринару для оценки правильности лечения и выяснения причины смерти.

«Экспертом должен выступать врач, имеющий узкую специализацию, состоящий в профильных ассоциациях или являющийся ведущим специалистами в клинике с репутацией, — объясняет Анастасия Вольф. — Имея заключения эксперта, нужно обратиться к руководству “проштрафившейся” клиники и объяснить ситуацию. Вполне возможно, что стороны смогут найти мирный способ урегулирования конфликта».

Если клиника отказывается сотрудничать, путь будет дольше. Важно иметь все необходимые документы на руках: договор об оказании платных услуг с клиникой, карточку питомца с историей болезни, чеки из аптек и за услуги клиники, выданные рецепты.

«Имея эти бумаги на руках, пишите претензию на имя руководителя клиники. В претензии апеллируйте к Закону о защите прав потребителя.

С аналогичной жалобой обратитесь в Роспотребнадзор и с заявлением в Управление ветеринарии с просьбой создать комиссию по расследованию факта некачественного оказания платных ветеринарных услуг, — советует Анна Разинова, юрист по обращению с животными.

 — В претензии должно быть описано, что услуги оказаны некачественно, однако в другой клинике проблема была решена, поэтому требуется возмещение расходов. Если в результате неправильного лечения питомец погиб, указать его стоимость».

Стоимость погибшего животного определяет владелец. При несогласии ответчика с ценой в качестве доказательств истец может привлечь договор, по которому собака приобреталась, справки из кинологических организаций, заключения товароведческой экспертизы.

«В течение 10 дней руководство клиники должно отреагировать на претензию. Если реакции нет, обращайтесь в суд с иском о некачественном оказании ветеринарных услуг. В суде истец также может потребовать компенсацию за моральный ущерб», — продолжает юрист.

В суде будут прения сторон. Истец может привлечь на свою сторону не только заключение стороннего эксперта, но и юриста, специализирующегося на защите животных. По словам Анна Разиновой, суд в таких делах достаточно независим и регулярно занимает как сторону ответчика, так и истца. Конечно, в зависимости от веса доказательств.

Если клиент выигрывает дело, он получает соответствующую компенсацию. Допустим, халатно проведенная операция стоила 25 тысяч. За исправление огрехов во время другой операции в другой клинике — еще 25 тысяч.

Лекарства по чекам — еще 10 тысяч. Итого — 60 тысяч рублей. Плюс компенсация за моральный ущерб. По словам Анны Разиновой, клиенты обычно выставляют крупную сумму за моральный ущерб, но суд ее всегда снижает до 5-10 тысяч рублей.

Все это оплачивает клиника.

В сухом остатке получается, что хозяин собаки не застрахован ни от чего: даже известные на рынке клиники могут сработать плохо, а точно оценить некачественную работу врача можно лишь постфактум.

При этом и профессиональные врачи могут стать жертвами своих невольных ошибок, после чего разгневанный клиент, не разбираясь, кто прав, кто виноват, может и пустить по миру ветеринара.

Все здесь как в обычной медицине для людей — этически неоднозначно, сложно и нередко — далеко от справедливости. Не болейте!

Источник: https://pets.mail.ru/stories/halatnost-veterinara-chto-delat-i-kak-ponyat/

Права владельцев животных: если питомца

Как подать в суд на ветеринарного врача, из за которого погибла наша кошка?

Контекст

Готовы ли крымские дельфины защищать новую родину?Скромное обаяние говорящего кота

У большинства из нас есть домашние животные, и визитов к ветврачу – хотя бы время от времени – не избежать.

Что важно знать, чтобы не разориться, поддерживая здоровье любимого питомца? Как действовать, если четвероногий друг пострадал или даже погиб из-за некачественного лечения?  Об этом – в очередном выпуске нашей рубрики.

“Платим раз, еще раз, еще много-много раз”

– Когда мы лечили свою пятилетнюю овчарку, потратили больше 80 тысяч рублей, – рассказывает посетитель одного из форумов в Интернете Сергей. – Диагнозы везде ставили разные, по стоимости лечения каждый ветврач превосходил другого. Практически все частные ветеринарные клиники наживаются на наших любимцах!

Ситуации, когда перепуганных хозяев домашних животных «раскручивают» на неоправданные платные процедуры, действительно не редкость, подтвердил автору этой статьи знакомый опытный ветврач. Можно ли противостоять таким злоупотреблениям?

Юридические средства есть, но первым делом важен психологический настрой хозяина. Многие в порыве чувств готовы отдать за спасение четвероногих любимцев любые деньги. Недобросовестные сотрудники ветклиник этим пользуются.

В то же время, как показывает практика, более хладнокровное и прагматичное поведение владельцев животных позволяет не только сэкономить средства, но и добиться более качественного обследования и лечения питомца.

Поэтому нужно постараться взять себя в руки и сразу дать понять администрации ветклиники: вы хорошо знакомы с Правилами оказания платных ветеринарных услуг (утверждены постановлением Правительства РФ от 6 августа 1998 года № 898, действующая редакция – от 14 декабря 2006 года) и намерены строить свои отношения с клиникой в рамках действующего законодательства.

Смета нам поможет

Составление сметы на оказание ветеринарных услуг по требованию потребителя обязательно – гласит пункт 15 упомянутых Правил. Это основной наиболее действенный рычаг, помогающий снизить риск необоснованного вытягивания денег из владельца животного.

Тот же пункт 15 предусматривает, что смета может быть твердой либо приблизительной. В чем разница и правовое значение этих разновидностей?

1) При наличии твердой сметы исполнитель (в нашем случае – ветклиника) не вправе требовать увеличения оплаты, а потребитель – ее уменьшения.

Обратите внимание: это правило действует даже в случае, если изначально, при передаче животного на обследование и лечение, «исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих оказанию ветеринарных услуг или необходимых для этого расходов» (пункт 15 Правил).

Единственная ситуация, когда допускается исключение – существенный рост стоимости материалов и оборудования, которые требуются для оказания ветуслуг конкретному животному. В таком случае клиника вправе потребовать увеличения твердой сметы. Однако имейте в виду: простой ссылки на то, что вырос курс евро или доллара, для превышения твердой сметы недостаточно.

Хозяину животного должны предъявить документы, подтверждающие, что именно материалы и оборудование, использованные при обслуживании его питомца, закуплены по новым ценам. Доказательствами могут быть договор поставки, накладные и другая служебная документация ветклиники. Не стесняйтесь попросить для ознакомления такие документы. На практике велика вероятность, что администрация передумает повышать вам оплату.

2) На приблизительной смете клиника вправе настаивать, если этот порядок оплаты предусмотрен в типовом договоре данной организации.

Вам обязаны заранее предоставить его образец для ознакомления (пункт 6 Правил оказания платных ветеринарных услуг).

Важно знать, что данная разновидность сметы вовсе не означает, будто у персонала ветклиники полностью развязаны руки и в счет могут быть включены любые услуги за любые деньги.

Законодательство содержит гарантии от злоупотреблений. А именно:

– В приблизительной смете прописываются все услуги, которые изначально заказывает хозяин животного (виды обследований, анализов и прочие процедуры).

– Цены определяются по утвержденному прейскуранту, который обязаны предъявить потребителю (пункт 6 Правил).

– Если в процессе обследования и лечения животного возникнет необходимость оказания дополнительных ветеринарных услуг и существенного превышения по этой причине приблизительной сметы, исполнитель обязан своевременно предупредить об этом потребителя.

Форму уведомления Правила не оговаривают. На практике это может быть, в том числе, звонок по мобильному телефону. Но в любом случае, если связаться с хозяином питомца не удалось, ветклиника обязана предоставить подтверждение своей попытки уведомления.

Если таких доказательств нет, то действует правило: “Исполнитель, своевременно не предупредивший потребителя о необходимости превышения приблизительной сметы, обязан исполнить договор, сохраняя право на оплату ветеринарной услуги в пределах приблизительной сметы” (пункт 15 Правил оказания платных ветеринарных услуг).

Если питомец пострадал

Чтобы доказать вину персонала ветклиники, как правило, требуется ветеринарная экспертиза. Для ее проведения можно обращаться в любые организации, в уставе которых указан данный вид деятельности.

При этом стоит иметь в виду, что частные организации и предприниматели вправе оказывать соответствующие услуги, если они зарегистрированы в региональном органе исполнительной власти, уполномоченном в области ветеринарии (статья 4 федерального закона “О ветеринарии”). В то же время на практике зачастую целесообразнее обращаться в лаборатории государственной ветслужбы – их заключения обычно более весомо воспринимаются в судах.

Права хозяина животного при некачественном оказании платных ветеринарных услуг регулируются в первую очередь законом “О защите прав потребителей”.

На основании статьи 29 закона владелец питомца вправе потребовать безвозмездного устранения недостатков оказанной услуги. Либо – возмещения расходов на устранение таких недостатков третьими лицами.

В частности, можно требовать компенсации стоимости лечения, оплаченного в другой ветклинике, если там пришлось исправлять результаты некачественной работы предыдущих докторов.

Если животное залечили так, что оно погибло, и на руках есть заключение ветеринарной экспертизы, подтверждающее вину ветклиники, то хозяин вправе потребовать:

– возмещения стоимости погибшего питомца. Если не сохранилось документов о приобретении животного, то первоначально в претензии можно указать рыночную цену, а в случае спора в суде может быть назначена оценочная экспертиза; – возврата всех сумм, оплаченных за ветеринарные услуги; – возмещения иных убытков: стоимости лекарств, расходов на транспорт и проч.,

– компенсации морального вреда.

Первоначально стоит передать письменную претензию руководству ветклиники. Предоставить ответ вам должны в течение 10 дней (согласно статье 31 закона “О защите прав потребителей”).

Если претензия не удовлетворена, хозяину животного остается идти в суд. Обратите внимание: если не хватает каких-либо доказательств, в том числе выписки из истории болезни животного, платежных документов и проч., то можно будет затребовать их от ветклиники уже в ходе судебного процесса, подав соответствующие ходатайства.

Анна Добрюха, юрист

Источник: http://rapsinews.ru/legislation_publication/20140402/271063847.html

Округ закона
Добавить комментарий